Дочь для волка

Единственным, на что могла опираться Валлейда при ведении торговых переговоров, была религия и ее исключительное географическое положение – а конкретно что она граничила с Диколесьем и приносила в жертву Вторую Дочь, которая защищала весь мир от нашествия чудовищ. Именно это склоняло большинство стран назначать более-менее честную цену на свои товары. Никому не хотелось вызвать гнев Королей, наживаясь на торговле со страной, которая в один прекрасный день могла совершить ритуал по их освобождению – в конце концов успешный.

Однако призрак неурожая и последующего голода всегда висел над страной. В особенности – в этом году, когда перевалы, связывающие Валлейду с Медусией и Альперой, закрылись так рано. Смысл брака Нив с Ариком заключался именно в этом – если бы Флориана стала одной из провинций Валлейды, страна получила бы наконец прямой выход к побережью и морским торговым путям.

У Нив уже не осталось сил даже на то, чтобы ухмыляться.

– Да, именно об этом я и говорю, – согласился Раффи. – Я чувствую, что сейчас не смогу выдавить из себя ни капли интереса к внешней торговле.

Его длинные тонкие пальцы в луче падающего из окна золотистого, уже почти вечернего света солнца выглядели особенно красивыми.

Нив стиснула зубы. Слишком много времени она посвящала любованию руками Раффи.

– Сейчас лето, – продолжил он. – Ну или то, что здесь так называют. Дело моего отца не рухнет, если я прогуляю одну страстную речь о сложностях торговли.

Нив рухнула в кресло, стоявшее напротив него.

– А что, если бы тебе вообще не надо было принимать торговые дела близко к сердцу? – Она разорвала смятый листочек со списком источников к сегодняшней лекции на мелкие клочки. – Если бы тебе не нужно было поддерживать торговый дом твоего отца, не нужно было изучать маршруты торговых караванов? Если бы ты мог заняться, чем хочешь, что бы это было?

Улыбка Раффи из игривой превратилась в задумчивую.

– Сложный вопрос.

Он глянул на руки принцессы, которые она положила на стол.

Нив ощутила, как жаркая кровь приливает к ее щекам. Ее влекло к Раффи, она не могла этого отрицать – но, как ей казалось, перед этой красотой сказочного принца, обаянием и добротой никто не мог устоять. Но между ними ничего не могло быть.