Непокорное сердце

Добравшись до почерневшей от времени старой, покосившейся хижины, Ида сразу увидела в дверном проеме сгорбленную фигуру и радостно помахала рукой. Ответное приветствие было едва заметным: каждое движение давалось старухе с великим трудом, – и девушка с грустью подумала, что самому близкому для нее человеку осталось жить совсем недолго. Силы стремительно уходили из иссохшего тела, и только удивительно ясный взгляд добрых, всепонимающих глаз остался неизменным…

– Не надо бы тебе выходить, – мягко пожурила Ида старуху.

Эдит рассеянно кивнула, думая о чем-то своем, отступила в сторону, и девушка проскользнула в полумрак хижины.

– Скоро зима: хочу увидеть первый снег – поди, в последний раз.

– Ну зачем ты так? – укорила ее Ида, устраиваясь на разостланной возле печки рогоже. – Я вот тебе гостинцы принесла.

– А что здесь плохого? – задумчиво проговорила Эдит, с трудом опускаясь на скамейку. – Смерть – это ведь только для тела: оно устало, душа рубцами покрылась. Приходит время, и человек уже ничего не боится, сам хочет уйти в мир иной.

– Неужели все так плохо? – Ида передала Эдит небольшой холщовый мешок, который принесла с собой.

– Каждое утро я просыпаюсь и думаю, почему Господь так жесток, за какой тяжкий грех так долго держит меня на земле. Скажи, прелестное дитя, неужели тебе хочется, чтобы мои страдания продолжались вечно?

– Нет-нет, я вовсе не желаю, чтобы ты мучилась, но при одной мысли, что тебя не будет, мне становится невыносимо горько и тоскливо.

– И мне жаль оставлять тебя: больше-то здесь ничего не держит. А как дома? Все живы-здоровы?

– Да, слава богу, только вот за отца переживаем. Я так боюсь за него, Эдит! Он отправился к королю Гарольду, а тот вроде воевать надумал с Тостигом.

Старая Эдит медленно покачала головой:

– Не надо бы ему туда: ничего, кроме стали и крови, он там не найдет.

Девушка вздрогнула и с тревогой взглянула на старуху. Все годы, что они были знакомы, Ида не переставала удивляться манере Эдит говорить так, будто знает все наперед.

– Отец думал, что за верную службу Гарольду вернет ему то, что отобрал, – пояснила Ида.

На морщинистом лице старой Эдит появилась грустная улыбка.

– Я знаю, только ничего у него не выйдет. Солнце короля Гарольда уже закатилось: он сражается за трон, который уже отдали другому.