Заповедник Зелирия. Внутри невидимых стен

Тут память живых уже была не нужна, ведь она использовалась из-за отсутствия «начального» материала у той первой системы – воины погибли задолго до ее появления.

Хамки вздохнул.

– Но ХАОС-воздействие может мгновенно и полностью уничтожить эти «нити жизни». Но, возможно, скоро мы научимся бороться и с ним. Мои брат и сын прошли отбор и стали Хомясинами – новой надеждой Салангана, – он осекся, словно понял, что сболтнул лишнего. И поторопился сменить тему: – Что-то я заболтался, не бери в голову. Давай лучше поедим!

– Попозже поедим, перед сном, – отмахнулся Макс, мысленно пытаясь переваривать ушат информации, вылитый на него болтливым хомяком.

– Но тебе же питаться нужно! – стоит признать, заботливость была Хамки не к лицу и прекрасно намекала на истинные причины такого поведения. – Мы и так обед пропустили!

– В боевом походе сытно пожрать хотя бы раз в день – и то счастье. А у нас сегодня и завтрак был, и ужин никто не отменит, так что не ворчи.

Глава 11. Ты божество? Плевать, тебя не спрашивают!

Некоторое время они шли молча.

– Тебе интересно еще послушать о жизни умари? Я могу вспомнить и рассказать еще что-нибудь, – предложила она.

– Лика, признаюсь, я немного удивлен твоим рассказом, – ее вопрос отвлек Макса от тягостных мыслей, на которые навел его монолог Хамки, и вернуться к обсуждению более насущных проблем показалось парню хорошим вариантом.

– Но что еще мы можем ради него сделать?! – услышав это, Лика, кажется, не на шутку перепугалась. – Чего он от нас хочет?!

– Более адекватного поведения, скажем так. Например, тебя бы могли не притеснять и не выгонять из города из чистой зависти. И убивать других обитателей Зелирии – тоже не самый разумный поступок.

– Ну, я не знатного рода. Я незаконная дочь. У меня нет отца. Но самое главное – я дочь изгнанницы. Я и впрямь второй сорт, хотя с волосами мне повезло, – растерянно сказала Лика. – У меня нет шанса выйти замуж, мой удел – стать наложницей на одну ночь, чтобы потом родить в своей пещере ребенка. Но если это будет мальчик, меня возьмут в жены, и мы с сыном поселимся в столице. Только шанс на это крайне мал, – грустно закончила она.