Экрим. Вершина мира

А с твоими родителями мы с первой встречи могли утверждать, что до конца жизни будем дружить. Они располагали к себе с первого взгляда, добрые, веселые. В глазах читалось желание жить, наслаждаться каждой минутой. Я ни разу не видела, что люди могут так любить. Они понимали друг друга без слов, им было достаточно одного взгляда. И в тоже время, они были совершенно разными, она – веселая, жизнерадостная, он – сдержанный, иногда даже суровый. Камилла всегда смеялась, так заливисто, заразительно. – Альба улыбнулась, словно услышала её смех.

 – А твой отец…

– Камилла? – девушка перебила Альбу на полуслове.

– Да! – Альба села рядом и взяла её за руку. – Твой отец назвал тебя так после её смерти.

– Почему она умерла? – Голос дрогнул. Камилла знала ответ, Кевин говорил ей уже об этом. Она хотела услышать вескую причину, оправдание судьбы, почему это случилось именно с её мамой.

– Послушай меня. – Альба поднесла руки Камиллы к своей груди. – Она хотела, что бы жила ты! Не осуждай её, любая бы мать поступила также.

Узнав правду и приняв её, ты почтишь её память и память своего отца. Твоя мать отдала свою жизнь, что бы ты жила полноценной, счастливой жизнью.

С минуту женщины сидели в полной тишине. Камилла заговорила громко, уверенно, не узнав своего голоса.

– Когда я была маленькой, я всегда злилась на своих родителей, злилась за то, что они бросили меня. Я хотела их узнать, посмотреть им в глаза и сказать, как я без них счастлива. Хотела их обидеть до глубины души, чтобы они поняли, каково было мне.

А теперь, когда я всё знаю, что мне делать? А? – Камилла перешла на крик. Из горла вырвался вопль, из глаз ручьем полились слезы.

Камилла встала с постели, подошла к окну. Лунное, безоблачное, усыпанное звездами, небо. Она успокоилась, дыхание вновь становилось ровным, глубоким.

– Я не могу поверить, принять, понять это, – тихо произнесла Камилла, в надежде, что Альба этого не услышит. – Мне кажется, что для меня было бы лучше, если бы я этого никогда не узнала.

 – Зачем мне это всё знать? Скажи мне? Зачем вы мне всё это рассказали? Родителей я всё равно никогда не узнаю и не увижу. Только старую рану снова открыли.

Камилла плюхнулась на кровать. Сил не было, голова упала на грудь, плечи осунулись. Всю боль и обиду, что она скрывала внутри себя и боялась произнести вслух, Камилла открыла малознакомой женщине. Тысяча камней свалилось с её плеч, дышать и жить стало легче. Альба обняла её за плечи.