Чужой мир. Дилогия

Жизнь казалась прекрасной, и слово «развод» еще ни разу не прозвучало в нашей с Сергеем совместной жизни.

Как же давно это было!

– Гильдия сможет тебя защитить, – произнес Бэк, возвращая меня в реальность. Надо признаться, она была так себе, средней паршивости. – Это решится уже завтра. Нужен третий поручитель, моего слова и мамы Ниссы не хватает.

– Я уверена, Фелиса согласится, – отозвалась пожилая женщина.

Она добавила в котел пряные травы, по дому разнесся аппетитный запах. Меня уже мало волновали Гильдия и поручители, потому желудок умолял, вернее, требовал пищи.

– Думаю, согласится! – произнес Бэк, слезая со скамьи. – Ты очень много для нее сделала. Ладно, я пойду прогуляюсь, поговорю с ней! Да, и кинжал мне отдай, – это уже мне. – Не надо его в доме держать! Попробую продать через знакомых.

Я покорно достала украденную вещь. Бэк прав, лучше избавиться от улики! Карлик, покрутив в руках кинжал, хмыкнул, затем пробормотал что-то нелестное о моих умственных способностях.

– Бэк, а ужинать? – удивилась Нисса. – Разве не останешься?

Он покачал головой.

– Нет, зайду за вами вечером. Прощай, моя красавица! – это, наверное, уже мне.

– До свидания! – растерянно произнесла я.

Бэк ушел. Нисса помешивала суп, тихонечко о чем-то напевая. Я прислушалась – речь шла о любви воина и принцессы.

– Пойдем, деточка, платье померим, пока суп не сварился, – сказала мне Нисса. – Сегодня праздник, нечего тебе в обносках ходить. Ты у меня настоящая красавица!

Она поднялась, я же осталась в нерешительности сидеть на лавке. Как-то все неправильно получается! Не только попала в чужой мир, но еще и заняла чужое место…

Нисса тем временем открыла сундук и достала из него аккуратно сложенные вещи.

– А Бэк знает, что я – не твоя дочь?

– Знает! – кивнула женщина. – Он единственный, кто в курсе. Будет лучше, если другие будут считать тебя Эиринн.

– Почему?

– Я живу здесь уже много лет и знаю, как много в этом месте мерзавцев! К тому же, здесь плохо относятся к новоприбывшим. Особенно, когда те не могут за себя постоять.

Я хотела возмутиться, но промолчала.