Сирийский марафон. Книга третья. Часть 1. Под сенью Южного Креста

– И, сколько их? – оживился Гуаль, в очередной раз нанося антимоскитную мазь на лицо и шею. – На вскидку?

– Дюжины полторы, – Носорог, скинув на землю рюкзак, уселся сверху. – Но, не больше двадцати. Стартануло-то десятка три-три с половиной, но на «тропе войны» сюрпризы поперли косяком. То одно, то другое. Короче, судя по хлопкам, семерым свезло зацепить пэфээмы.

– Ну, арифметика простая, – Капелев закончив помогать Шопену, улегся тут же вдоль «самобранки», для комфорта пристроив под голову рейдовый ранец.

– Командир, хорошо бы засаду организовать, а? – Алехандро, поднявшись на ноги, встал напротив, ожидая ответа.

– Засаду, говоришь? – Кайда погасив улыбку, поднял глаза на венесуэльца. – Будет. Со всеми вытекающими.

– Я бы прямо туточки ассамблею состряпал, – лениво обронил Носорог, вернув на лицо москитную маску.

– Учтём пожелания трудящихся, – Александр повернул голову в сторону Шестакова.

– Пока всё по плану, – Алексей одновременно следил за парочкой черно-белых мониторов и накручивал верньер черной коробки. За кварцевым стеклом с желтой подсветкой очумело носилась трехзначная цифирь, нагоняя кислую тоску непосвященному. – В эфире трёп на тему «что-же это было». Погорельцам гонят санитарные вертушки. Пять-шесть бортов. Нагрянуло начальство и коммандос, что вполне укладывается в версию Носорога.

– БПЛА в нашей зоне есть? – подполковник из бокового кармашка рюкзака двумя пальцами вытянул узкую плитку горького шоколада.

– Пока не засветились, – уверенно ответил Шопен. – Кстати, о погоде. Дождь на подходе.

– Затяжной? – Еремеев, не вставая, потянулся всем телом.

– Не похоже, – дернул щекой Алексей, встав на корточки. – Скорее, гроза. Гром, молнии, ветер порывами. Всё как полагается.

– Панихида с плясками в исполнении старца Зевса и компании, – ухмыльнулся Капа, по примеру подполковника, нажевывая шоколад и пригубляя лимонную воду из фляжки.

– Во-вре-мя, – задумчиво протянул Александр о чём-то размышляя. – Сие нам на руку. Очень даже. Носорог, накидай-ка, мизансцену на предмет торжественной встрече гостей. По случаю и вообще. А, я пока с нашим авангардом покалякаю о том, как дальше жить.

– Сделаем! – Еремеев перекинул ремень «Калашникова» на грудь. – Гостеприимство оно же у нас того …, типа в крови.

Глава 2.