Страшные рассказы

– Ты чего бычишься?

– А ничего, мать твою! Я, может, тоже хочу дёрнуть после девчонки.

– Не можешь себя держать в руках – не берись не за своё дело!

Подходящий момент – я подкинул обоим в воспалённый разум нездоровые мысли.

Сработало. Второй воспринял услышанную фразу как личное оскорбление. Он отшвырнул полупустую ёмкость с водкой и заорал:

– А ну пасть захлопни! Драть девку или нет – решать буду сам! И не всяким тупоголовым уродам мне указывать!

Белки первого налились кровью.

– Ах ты сволочь!.

.

И он набросился на подельника с кулаками.

Пока они били друг друга, кусали до крови и впивались в кожу ногтями, я неслышно закрыл входную дверь на замок.

Второму удалось высвободить руку из захвата первого. Тот размахнулся и врезал соратнику по голове. Первый на несколько секунд оторопел, чем воспользовался лежащий сверху. Он колотил без устали, а как только отключил первого, вынул у того из-за пояса кинжал. Поверженный сильно ударился плечом в плиту, из-за чего сковородка слетела с конфорки.

Большая часть горячего масла выплеснулась на лицо первому. Раздался дикий крик. Остаток разогретого подсолнечного масла попал на горящую конфорку. Взметнулось вверх пламя, от которого зажёгся сделанный из дерева шкафчик над плитой. Коротенькие язычки огня лизали ДСП, не предвещая беды.

Разъярённый преступник ничего не замечал. Недолго думая и матерясь так, что срывал голос, он со всего размаху опустил кинжал, направив лезвие в глаз первому. Прекратив сопротивляться, убитый задёргался в конвульсиях.

Из раны текла кровь.

Встав на ноги, второй снова выругался. Отряхнувшись, он вернулся в комнату, чтобы выместить обуревавшую его злобу на девушке.

Я дыхнул на разгорающееся пламя, чтобы заставить его объять шкафчик целиком. Затем пламя перекинулось на занавески, с него – на деревянные стены, и так далее.

Второй уже собирался приступить к делу, когда ноздрей коснулся неприятный, резкий запах. Гарь. Проклиная всё на свете, здоровяк двинулся на кухоньку.

От выпитого заплетались ноги; мысли, и без того немногочисленные, потонули в мути. А когда грабитель очутился в помещении, объятом огненной стихией, я усилил эффект алкоголя в его теле.

В этот самый момент второй попытался пробраться к занавескам, чтобы сорвать их и потушить. Споткнувшись о несуществующее препятствие, он полетел вперёд. Занавески оторвались от крепежа. Закутавшись в пламенеющее одеяло, второй повалился на пол.