Принцип 8

По центру стола располагалась пузатая солонка, сбоку от неё – гретое соевое мясо на сковородке, с противоположной стороны – чайник, чашки. Звякнули о столешницу вилки-ножи-ложки.

– Приятного аппетита! – не сбавлял градус вежливости игольчатый.

Дубнер коротко кивнул, сдобрил свой кусок омлета мясом и приступил к трапезе. За минут пятнадцать-двадцать, что длился завтрак, Ёжик не услышал от консультанта ни слова.

«Ладно, пословица о глухоте и немоте во время еды не так уж плоха», – рассудил визитёр, поддерживая молчание.

И тут, внезапно, согласно закону некоего Мёрфи, которого, кажется, никто никогда в глаза не видел, Дубнер заговорил и несколькими словами лишил Ёжика дара речи:

– Ну и как тебе та штуковина? Занятная, да? Только непонятная, з-зараза, как дамские желания. – Дубнер выругался словно бы с неохотой, будто бы по необходимости, и умудрился сделать это образно.

Поперхнувшийся чаем, Ёж попросил салфетку. Дубнер, ни слова больше не говоря, подошёл к опасно накренившемуся шкафу, то ли подпираемому стеной, то ли подпиравшему её, достал несколько бумажных платочков, вконец выбеленных временем, и, подойдя, бросил на стол перед сотрапезником.

– Ну, ты всё? Закончил прихорашиваться? – отчасти недоброжелательно осведомился бобёр, любивший основательность, но не чрезмерную, когда она превращалась в лень.

– Извините, господин Дубнер, – попытался оправдаться колючка, – я случайно…

– Ладно уж, оба взрослые животные, да и подружились мы. Нет?

– Да! – поспешно заверил Ёжик.

Электрику же, судя по выражению морды, было всё равно. Его интересовало другое:

– Знаю, что ты видел, и мне также известно, что ты видел. Как тебе оно? Подумай, прежде чем ответить, от сказанных слов может зависеть многое.

– А может не зависеть? – Загадочный тон хозяина дома обеспокоил визитёра пуще прежнего.

– Может. Но вряд ли.

– Мне оно… это… в общем, понравилось. Как нравятся… м-м…

– Летние деревья с пышной зеленью? – подсказал Дубнер.

– Да. Да, точно!

– Бегущая весной речка.

– В точку!

– Свадебная перекличка двух милых пташек?

– Верно-верно! И откуда только вы берёте сравнения! – восхитился Ёжик.

Дубнер вздохнул, и в этом звуке любой бы расслышал утомлённую мудрость, любой – кроме Ёжика, – тот расценил вздох просто как вздох.