Объекты в зеркалах

Жил он невысоко, на пятом этаже, и спуск занял каких-нибудь тридцать пять – сорок секунд.

Выскочив на улицу, Георгий непроизвольно поёжился от осенней прохлады и побежал в обход дома. По пути ему встретились трое людей: старик, выгуливающий на бесконтактном поводке тоже очень немолодую собаку, да целующаяся юная парочка на скамейке с самовыдвигающимся навесом от дождя. Влюблённые его даже не заметили. Старик же бросил на слишком легко одетого, несущегося куда-то во весь опор мужчину подозрительный взгляд, но времени объяснять и оправдываться не было.

Труп лежал, где и прежде, под окнами квартиры. Что это именно труп, Георгий понял сразу: по размозжённой голове с вытекшими мозгами, не вздымающейся груди, застывшим зрачкам…

Переведя дух, он присел на корточки возле мертвеца и, не веря собственным глазам, долго и пристально разглядывал умершего.

Или убитого?..

Совсем молодой ещё парень. Волосы цвета соломы; красивое лицо; дорогая, стильная рубашка.

«Будто бы прихорошился прямо перед смертью».

А вдруг так оно и было?..

Георгий не знал, сколько прошло времени, прежде чем позади почти бесшумно приземлился ховер. Оглянувшись, мужчина со смесью радости и ужаса увидел верпов – вершителей порядка, абсолютно одинаковых в своих чёрно-белых костюмах и скрывающих лицо защитных масках.

Порывисто встав, Георгий открыл было рот, чтобы рассказать о случившемся. Однако верпы и слушать не стали – молча схватили Вавилина за руки и поволокли к открытому ховеру.

Рядом с первой машиной беззвучно села вторая; из неё вышли ещё двое верпов. Дюжие служители порядка скорым, синхронным шагом, но без тени волнения в движениях, направились к бездыханному человеку на асфальте и принялись грузить мертвеца в ховер.

Наблюдавший это, удивлённый Георгий вновь повернулся к верпам, что вели его под руки.

– Подождите… куда?.. – Статистик инстинктивно дёрнулся, пытаясь высвободиться.

Серьёзная ошибка с его стороны.

Верпы остановились; один из них достал импульсную дубинку и как следует приложил Вавилина по голове. Вспышка, резкая боль, помутнение… и на мир наползла тьма…

…Они летели стремительно по выделенной трассе. Георгий понял это, когда очнулся и пришёл в себя.

Голова болела и кружилась, перед глазами плавали цветные круги. Тошнило. На особо крутом повороте накатывающие волнами приступы сделались чересчур сильными, и Вавилина вырвало.