Наездник Ветра

– Ну почему вы такие свиньи? – вознегодовал Никифор, – ведь ты же мог отыграться! Не захотел.

– Да ты сам скотина, – бросил Цимисхий, – пусть черти с тобой играют! Впрочем, я сомневаюсь в том, что они рискнут тягаться с таким мошенником. Твоё место – на солеварнях. А ещё лучше будет тебе на приисках! Ты ведь любишь золото.

– Тише, тише, друзья мои! – вдруг разволновался Лев Диакон, – к нам идёт августа!

Зеленоглазая фея, оставившая своих поклонников и поклонниц, была пьяна почти столь же сильно, как и Никифор.

– О чём это вы здесь спорите? – полюбопытствовала она, подойдя к мужчинам. Те поклонились. Калокир, выпрямившись, ответил:

– Об игре в кости.

Императрица подняла бровь.

– Да ты что, серьёзно? О, жалкий род! Впрочем, научите Рашнара этой забаве. Может быть, хоть она его развлечёт немного. А то он что-то слишком печален! И у меня портится настроение, когда вижу его лицо.

Все сразу уставились на Рашнара. Он был непроницаем. Точнее, его синие глаза казались непроницаемыми и страшными.

От них веяло неземным, совсем как от глаз Мари три часа назад. Но это заметил только патрикий. Те, кто стоял рядом с ним, видели лишь то, что видела Феофано.

– Ну, научите же его! – повторила та, топнув ножкой в красном чулочке.

– Это довольно просто, – проговорил Калокир, следя за Рашнаром, – бросают фишки, потом считают очки. Побеждает тот, у кого их больше. Всё в этом деле решает только удача. Она обожает тех, кто любит себя. А тех, кто боготворит её, эта сумасбродная девушка презирает.

Она – всего лишь царица, а не богиня. С теми, кто унижается перед ней, царица капризна и холодна, как осенний ветер.

– Ты опытный игрок, – заметила Феофано, – и даже слишком.

Рашнар ушёл, не глядя ни на кого. Пока он шагал к дверям, многие успели его окликнуть. Он отвечал, но не задержался ни разу.

– Плохи его дела, – вздохнул Никифор Эротик, – фея, как ты жестока!

Царица, не удостоив его и взглядом, молча взяла Калокира за руку и направилась вместе с ним к дальнему углу пиршественной залы.

Все, кто попадался им на пути, с поклонами расступались перед весьма необычной парой, но провожали её отнюдь не подобострастными взорами и словами. Сановники усмехались, предвидя страшное, а их жёны мрачнели, предчувствуя занимательное.

Властительница империи привела Калокира в маленький кабинет, примыкавший к зале. Там было несколько кресел, но Калокир остался стоять перед Феофано, которая опустилась в одно из них.