Наездник Ветра

Евсевий Эфалиот записывал всё, что говорил будущий посол, в толстую тетрадь с пергаментными листами. Чистых листов оставалось мало. Вельможа эту тетрадь держал на своих коленях, поверх дощечки с приделанной к ней чернильницей.

– А теперь расскажи как можно подробнее о Роксане, – предложил он, когда Иоанн умолк.

– О ком? – переспросил тот, – повтори, пожалуйста.

– О Роксане.

Повисло длительное молчание. Царь и трое вельмож пристально следили за Иоанном, который то рылся в памяти, то пытался найти в вопросе подвох.

– Роксана? Нет, никого с таким именем я не знаю.

– По нашим сведениям, Святослав влюблён в неё до безумия.

Удивление Иоанна переросло в изумление. Оглядев каждого из присутствующих, он задал вопрос уже в пустоту:

– Святослав влюблён в какую-то женщину до безумия? Святослав? Возможно ли это?

Никто ему не ответил. Но логофет улыбнулся.

– И кто же она такая? – спросил тогда Иоанн прямо у него.

– Она христианка, – ответил вместо магистра Никифор Фока. Тут Калокир стал подозревать, что над ним смеются.

– Не может этого быть, – улыбнулся он, – чтобы Святослав любил христианку? Нет! Уж кого ненавидит он всей душой, всем сердцем, всем разумением – это, не при твоей милости будь сказано, христиан!

– За что же он их не жалует? – поднял брови Евсевий Эфалиот.

– Если совсем коротко, он считает их лицемерами. То есть, нас.

– А как он относится к мусульманам?

– Гораздо лучше.

– А к иудеям?

– Тоже неплохо. Он, вообще, лоялен ко всем, кроме христиан.

– Так ведь его мать – христианка! Он и её ненавидит?

– Нет. Как ни странно, нет. Он не перебил ещё всех христиан на своей земле только потому, что мать его, Ольга – одна из них.

– Что тебе известно о его жёнах? – опять вступил в разговор Василий.

– Очень немного. О первой его жене, которая родила Олега и Ярополка, я вообще ничего не знаю.

– Как ты считаешь, эта обиженная красавица может нам пригодиться?

– Понятия не имею! Я ведь её никогда не видел. И на Руси я ни разу не был. Всё то, о чём я вам здесь рассказывал, мне известно от тмутараканских воинов и купцов, которые побывали в Киеве.

– И никто из них не упоминал Роксану? – быстро спросил император, переглянувшись с магистром.