Alatis. Наследие. Книга 2

 – ответил он, выходя.

– Что будет в полдень? – настороженно спросила Авем

– Об этом я хочу с тобой поговорить. – ответил я, обнимая ее за плечо – Мне необходимо, чтобы ты собрала всех в полдень в большом зале библиотеки. Проследи, чтобы были все. Пусть отложат свои дела и обязательно явятся – это мой приказ.

– Что ты собрался делать? – спросила она.

– Это не связано с Дарреллом, не волнуйся. – ответил я, улыбаясь – Остальное узнаешь потом.

– Слушаюсь. – ответила она и направилась к дверям.

4

Глядя не силуэт Авем, растворяющийся в полумраке коридора, мне стало жаль ее.

Не то, чтобы это была жалость, которую испытываешь, когда маленький ребенок сбивает коленки до крови, либо, когда видишь бездомного щенка. Скорее это душевная боль, когда ты понимаешь, что не в твоих силах изменить события и уменьшить чьи-то страдания.

Я помнил Авем совсем иной. Я старался максимально облегчить ее задания, но все же ей не так легко было разрываться между долгом и своей семьей.

А теперь она все свои усилия бросала в помощь этому мальчишке и его сестре.

Когда я только пришел сюда, в братство, она мечтала о любви, семье и счастье. Авем была преисполненной жизни и радости, живой, веселой и отзывчивой девушкой с ярким огнем в глазах. Я наблюдал, как росли ее дети, как она предано выполняла свой долг и, не уставая, заботилась об окружающих. Она искренне помогала мне справляться с трудностями и поддерживала, как близкий друг. И на моих глазах она превратилась в уставшую, истощенную женщину, спрятавшую глубоко внутри ту прежнюю Авем в надежде, что настанут лучшие времена.

Но теперь настало время мне позаботиться о ней. Я почувствовал, что в моих силах изменить ее судьбу и дать ей отдохнуть. Думая о ней, я думал и о всех своих братьях и сестрах, представляя, как измениться их жизнь, когда они перестанут жить под гнетом круглосуточной опасности и мыслью об нескончаемой войне.

– Авем, – окликнул я ее, прежде чем она закрыла за собой двери.

Она заглянула в кабинет, стоя в дверях. – Прости за вчерашнее. Я погорячился.

Она ласково улыбнулась, и кивнула.

– Ничего страшного. – ответила она. Этим тоном она говорила со своими детьми.

– Давай я тебе помогу? – предложил я.

– В чем? – удивилась она.

– Во всем. Даже собрать всех в большом зале.

Она улыбнулась, и на ее лице заблестел огонек радости.

– А ты не хочешь сначала побриться или умыться? – ответила она, посмеиваясь.