Тень Андалузии

Тень Андалузии

Василиса Прекрасная

Рабство… какое громкое грязное слово, олицетворяющее всё плохое, что есть у человечества. Гордыня, несправедливость, принижение и угнетение слабых. Думала ли я, что на мою долю мне выпадет стать рабыней, названной новым именем – Мелек? Тенью на службе у Андалузии… Конечно, нет. Но никто не знает моей тайны. Той, что помогла мне не только выжить, но и стать лучшей…

Василиса Прекрасная

Тень Андалузии

Пролог

Мне так страшно. А ещё вчера всё было так хорошо! Папа и мама были рядом.

Но вот утром меня разбудили ни свет ни заря. Мы позавтракали и вошли в пролом между мирами, открывавшийся всего лишь раз в сто лет, и попали в какой-то кошмар. Вместо обещанной мамочкой спокойной жизни, где не надо беспокоиться, что нас поймают и убьют, мы попали в ад, где убивали людей, как какой-то скот.

Всюду горел огонь, и кричали люди… Папа потерялся почти сразу, а вот мама крепко держала меня за руку, не собираясь отпускать.

Пусть в нашем мире за нами охотились и преследовали, но никогда ещё не видела такого ужаса как то, что предстало сейчас перед нами. Мамочка тянула меня в сторону, стараясь увести подальше, но нам преградили путь. Несколько злых мужчин попытались схватить маму, но она оскалилась, находясь в шаге от трансформации.

Но вот один из них просто взял и отрубил ей голову.

– Хватай девчонку, – приказал тот, кто только что убил маму. – В Андалузии всегда есть спрос на таких.

Меня схватили в охапку и куда-то потащили, а я сначала вырывалась, но что толку? Слишком мала. Слишком слабая.

Мужчина всё удалялся от этого ужасного места к воде, где стояли корабли. От сопротивления я ослабла, и меня швырнули как куклу в руки другого грязного моряка, пахнущего морской солью.

На меня же напал ступор. Перед глазами стояла та картина. И повторялась вновь и вновь. Моя жизнь и мои родители. Всё это было кончено. Меня всегда учили быть осторожной. Не доверять людям. Быть настороже. Я никогда не общалась со сверстниками… откуда бы им взяться, если мы жили уединённо? Единственными, кого я знала – были родители и те, кто помогал нам скрываться, проявляя сострадание.