Alatis. Наследие. Книга 2

– Как это понимать? Почему? – ошеломленно спросил я.

Но Иероним не успел ответить. Из-за его накидки выглянула маленькая девочка со светлыми, почти золотистыми волосами, большими голубыми глазами и ярким румянцем на щеках. Ей было не более пяти лет, но девчушка была высокой и худенькой. Она была в голубом платьице, а подмышкой держала синего плюшевого поросенка с красной ленточкой на шее.

«Что за отвратительна игрушка, и какие родители дарят ребенку такую нелепицу? – подумал я, едва не скривившись – Но, если присмотреться, этот абсурд вызывает умиление.

Живо улыбнувшись мне, девочка резво подбежала к кровати и взобралась на нее. Схватив за шею, она обняла меня, да так крепко, что мне стало трудно дышать. Я и не мог подумать, что ребенок может быть так силен. Удивленно поглядев на Иеронима, я взглядом попросил у него совета что мне делать, и последовав его намеку, тоже обнял девочку.

– Я так рада, папочка, что ты выздоровел! – защебетала она, отпустив мою шею – А почему нету мамы? Где она?

Девчушка со всей искренностью заглядывала своими огромными глазками в мои, ожидая моего ответа.

– Детка, я не знаю, где твоя мама. – ответил я.

– Почему ты раньше нас не приводил к себе? А мы тут еще долго будем, папа? – спросила она звонким голоском. – Я здесь нашла много друзей!

Я был абсолютно растерян. В частности, потому, что эта незнакомая мне девочка называла меня своим «папой».

– Одри – сказал он, обращаясь к девочке – Твой папа еще не совсем поправился. Давай мы к нему придём позже?

– Давайте. – согласилась она и быстро спрыгнула с кровати. – Выздоравливай, папочка! – сказала она, помахав мне ладошкой.

– Что здесь происходит? – спросил я у Иеронима, когда девочки подошла к двери. Он подошёл ко мне ближе и тихим голосом ответил:

– Аллан, это твоя дочь. Или ты забыл, как она выглядит?

– У меня нету дочери! – возразил я.

– Должно быть ты действительно еще не совсем пришел в себя. – ответил он – Не стоит тебе сегодня подниматься с кровати. Отдыхай.

– Но у меня нет ни жены, ни дочери! Я не знаю никакой Одри! – продолжал возмущаться я.

– Отдыхай. – строго повторил он и вышел с девочкой из комнаты.

Последующие несколько часов я размышлял над происшедшим и не мог думать ни о чем другом. Вопреки моим усилиям, я не смог понять смысл этого спектакля.