Захваченная партнерами

* * *

Принц Найал планеты Приллон-Прайм, на борту боевого корабля “Дестон”

Когла я приблизился к экрану, чтобы поговорить с отцом, чувства мои были притуплены. Мне казалось, что мое тело весит не больше, чем тело ребенка. Это был самый простой способ общаться с отцом–не выражать никаких эмоций.

Импланты киборгов, внедренные в мое тело во время пребывания в Интеграционной камере Улья, были микроскопическими, и их невозможно было удалить, не убив меня. Поэтому теперь я считался зараженным, опасностью для воинов под моим командованием и для жителей моей планеты.

Со мной полагалось обращаться как с очень опасным изгоем. По крайней мере, все так думали. Воины, зараженные технологией Улья, обычно отправлялись в одну из колоний, чтобы провести остаток жизни, выполняя тяжелую работу. Они не брали невест. И они не становились Премьером миров-близнецов Приллона.

Мое происхождение, как наследника Премьера и принца моего народа, спасло меня от немедленной высылки в колонии, но была одна вещь, которая волновала меня больше, и это не был тот, кто заполнял сейчас экран передо мной.

Я уставился на тщательно отрешенное лицо мужчины вдвое старше меня. Мы были очень похожи, только он старше, и без всяких имплантов киборгов. Он был огромен, со свирепым лицом, в изготовленных на заказ доспехах, которые делали его еще больше, хотя в нем и без того было более двух метров роста. Он был Премьером двух планет, населенных огромными воинами. Он должен был быть сильным. Один намек на слабость–и враги его свергнут.

Прямо сейчас его слабостью был я. Я был сыном-изгоем, превратившимся в опасного киборга.

–Отец.

Я слегка склонил голову в знак приветствия, несмотря на ярость, бурлящую в моей крови. Биологически он мог быть моим родителем, но отцом мне он не был.

–Найал, я говорил с командиром Дестоном. Я официально оформил приказ о твоем переводе в колонии.

Я стиснул зубы, чтобы сдержать свою непосредственную реакцию. Вот тебе и притупленные чувства. Значит, мой статус наследника престола все-таки не спасет меня от изгнания.

Ему было плевать, что я его сын. Я был поврежден, разрушен Ульем и не достоин быть лидером. Быть его сыном.

Кто-то протянул ему планшет, и, говоря со мной, он начал просматривать его содержимое, не глядя на меня.

–Через несколько дней я отправляюсь на фронт, чтобы навестить наших воинов и оценить состояние нескольких старых боевых кораблей. Надеюсь, к моему возвращению твой перевод будет завершен.