Обрученная с воинами

Как могла я хотеть утешения от Зейна, если именно он и был причиной моего огорчения? Я сходила с ума.

Он перевернул меня и устроил у себя на коленях именно так, как я и хотела, но никогда бы не отважилась попросить сама. Я была в безопасности, под защитой его больших сильных рук. Я не могла сдерживать слезы, и он молча обнимал меня, пока я плакала, тихонько поглаживая рукой мою голую спину вверх и вниз.

Прошло несколько минут, прежде чем мой плач стих, превратившись в икоту и всхлипывания.

Я перестала гадать, что со мной происходит. Я была транспортирована через половину Вселенной, оставив все родное и знакомое позади, и очнулась с инопланетянином, который сперва целовал меня до бесчувствия, а затем отшлепал по голому заду только потому, что я поспорила с ним и использовала бранное слово.

Если подумать о докторе с его осмотром, пожалуй это имеет смысл. Если бы Зейн пересек галактику и прибыл на Землю, я бы тоже настаивала на медицинском осмотре. Я бы волновалась за него, потому что дорожила им.

Да, это имело смысл. Только как он может дорожить мной, если мы только что встретились?

– Ты готова позволить доктору осмотреть тебя? Мы должны удостовериться, что ты здорова и не подверглась вредному воздействию во время транспортировки.

Его голос был мягким, но в словах чувствовалась сталь. Я знала, что если снова не подчинюсь, то вновь окажусь на его коленях и получу еще одну порку.

–Хорошо. Да.

–Хорошая девочка.

Почему его похвала так приятна мне? Почему мне неожиданно так хочется угодить ему, совершенно незнакомому мужчине? Да, я всегда была падка на альфа-самцов, поддаваясь инстинктивному примитивному стремлению получить заботу и защиту от кого-то более сильного. Но я уже обжигалась, и не раз. И я едва знала Зейна. Почему же мое тело вело себя так, будто знало его, будто уже доверяло ему. Мое тело, казалось, обладало своей собственной волей, и я не была уверена, что пребывала с ним в согласии.

–Сейчас я положу тебя обратно на кровать. Расслабься и дай доктору удостовериться, что все работает, как надо.

Он говорил нежным и спокойным голосом, так, будто предыдущих нескольких минут, когда он бил меня по голому заду, никогда и не было.

Я кивнула, вытерла остатки слез, и он встал, держа меня на руках. Он сжал меня легонько, будто я действительно являлась драгоценностью для него, затем повернул и уложил на спину.