Ультиматум крупного калибра

Оттуда все семеро спецназовцев должны были обычным пассажирским самолетом добраться до одного из немногих аэропортов Западной Германии – Тегеля, расположенного во французской оккупационной зоне и принимавшего гражданские самолеты. Вылететь напрямую из Советского Союза в Тегель было рискованно – пассажиры, прибывшие из Советского Союза, проверялись особенно тщательно. А значит, группу «Дон» могли ненароком разоблачить. Чего, конечно, никак нельзя было допустить. Поэтому нужно было постараться избежать даже самого минимального риска.

Оттого спецназовцы и прибыли в Белград.

Конечно, они были без оружия и одеты в обычную гражданскую одежду. Все – и другую одежду, и оружие, и спецснаряжение – они должны были получить на месте, то есть добравшись до Темпельхофа. Таков был план.

Оказавшись в Белграде, Богданов с подчиненными сразу же пошли по известному им адресу. Этот адрес еще в Москве назвал им полковник Мостовой, когда обговаривал нюансы операции в Западной Германии. По этому адресу находилась резидентура советской разведки.

Здесь группу «Дон» ждали. Накануне из Москвы пришла шифрованная радиограмма о прибытии семерых спецназовцев и распоряжение о том, что группе необходимо оказать всяческое содействие.

Адрес спецназовцы нашли быстро, они прекрасно умели ориентироваться в любом городе, даже совсем для них незнакомом. Это был типичный для белградских окраин двухэтажный особняк, ничем не отличавшийся от сотен других таких же особняков.

Богданов позвонил в старомодный колокольчик, висевший на двери.

Вскоре на крыльцо вышел мужчина средних лет, молча окинул взглядом всю группу, а затем с вежливой полуулыбкой взглянул на Богданова.

– Странная погода у вас в Белграде, – сказал Богданов мужчине. – Не понять, то ли осень, то ли весна.

– А вы побывайте у нас зимой! – ответил мужчина. – Вот где неразбериха! Утром – солнце, вечером – снег.

Это были пароль и отзыв. Их Богданову и остальным спецназовцам сообщил полковник Мостовой.

– Проходите, – сказал мужчина, обращаясь ко всем одновременно, и отступил в сторону, давая возможность гостям войти в дверь.

Бойцы очутились в просторной полутемной комнате, напоминающей одновременно и гостиную, и старорежимную, дореволюционных времен, приемную какого-то вельможи. Их встретила молодая светловолосая женщина и молча кивнула им головой. Богданов кивнул в ответ и едва заметно улыбнулся. С женщинами, кем бы они ни были, он не мог здороваться без улыбки. Такая у него была привычка.