Россдар. Песнь первая

Все женщины должны бросать мужиков, которые не приносят им ничего, кроме несчастий, – он посмотрел на Алистера. – А ты ей что-нибудь преподнес, кроме мешка своих проблем?

– Да завалитесь вы уже, – устало попросил Алистер. – Я не обязан выслушивать помои, которые льются с вашего рта, с тех пор, как я сюда зашел.

– Так бери тулуп и проваливай! – воскликнул он, показав на одежду. – Полукровку встретить вообще не к добру, а ты в мою лавку заперся!

– Примеряй, давай, – мотнул головой старший брат.

От меха пахло плесенью и пылью. Россдар взял тулуп и надел. Тут же стало жарко. Айока встала рядом с Алистером, оглядывая его.

– Село хорошо, – отметила она. – В плечах чуть великовато, но на вырост как раз.

– Это мех пушистого лиллиана, – сказал Люшис, с недовольством оглядывая братьев. – Он в самые трескучие морозы не пропустит ни ветер, ни холод.

– Сколько стоит?

– Пять золотых монет, – ответил он.

– Так дорого?

– Дорого?! – почти вскричал Люшис. – Даже не смей торговаться со мной, полукровка!

– Был бы тулуп новый, я бы ничего не сказал, – заметил Алистер.

Айока закусила губу, предчувствуя отчаянный спор, и отошла обратно к рулонам тканей. Он скривился от раздражения, которое испытывал, и покачал головой:

– Это отличный тулуп, который прослужит лет десять! Мех пушистого лиллиана бесценен! Знаешь, как сложно их поймать? Они водятся на крайнем севере, еще дальше, чем мы!

– Знаю, я там и служу, – парировал Алистер.

Их голоса то стихали, то повышались, перебрасываясь возражениями. Пока Алистер и Люшис торговались в цене, она определилась со своим выбором. Больше всего ей приглянулась бледно-голубая ткань. Если нашить кружева на манжеты и горловину, то будет выглядеть даже нарядно. Мужчины ушли к кассе, потому что все-таки Люшис уступил.

– Мне в торговле делать нечего, я слишком честен, – ворчал он, открывая нижний ящик на замочке.

– С вами приятно иметь дело, донг Люшис, – сыронизировал Алистер, положив на тарелку четыре золотые монеты.

– Да пошел ты, прислужник короля, – прокряхтел лавочник, заворачивая одежду в бумажный пакет. – Я очень надеюсь, что грозманы всем вам головы отрежут. Сделают из черепов черпаки и будут воду лить на свои космы в знойный день.

– Эй, – рассердился он. – Это уже слишком.

– Слишком?! – поразился лавочник.