Одиссея. Перевод А.А. Сальникова

Гнали за то вы его, легкою жизнью живущие боги,

Гнали до тех пор, пока Артемидою он златотронной

Не был в Ортигии вдруг умерщвлён её тихой стрелою.

[125] Так избран был Ясион заплетённой красиво Деметрой.

Сердцем его возлюбя, ложе с ним разделила богиня

В поле, что трижды уже было вспахано. Скоро узнал то

Зевс, яркой молнией он вмиг он умертвил Ясиона.

Нынче, о, боги, и мне невозможно остаться со смертным!?

[130] В море его я спасла! Был он на перевёрнутом киле

От корабля, а корабль его быстрый разбил как скорлупку

Молнией Зевс пополам посреди винно-тёмного моря.

Спутников всех растеряв в бурном море, он сам напоследок,

Бурей подхваченный, здесь был у острова волнами брошен.

[135] Кров я дала и еду, и любовь ему! Также хотела

Дать и бессмертье, чтоб он жил здесь старости дряхлой не зная.

Волю же Зевса никто, щитодержца, нарушить не смеет,

Даже и между богов, не исполнить её невозможно.

Раз он так хочет, – пусть вновь тот плывёт по неверному морю,

[140] По беспокойной воде.

Нет у меня кораблей, нет людей мореходных, способных

С ним безопасно пройти по хребту многоводного моря.

Дать я могу лишь совет, как ему беспрепятственно можно

И невредимым назад в землю предков своих возвратиться».

[145] Ей отвечая, сказал благовестник, бог Аргоубийца:

«Тотчас его от себя отошли! Бойся Зевсова гнева!

Тяжко придётся тебе, если гнев на себя навлечёшь ты».

Так повелев, улетел прочь могучий бог Аргоубийца.

Светлая нимфа, приняв волю Зевса от вестника, тут же

[150] Лёгкий направила шаг к Одиссею, отважному духом.

Тот над обрывом сидел, на утёсе, над морем, и плакал,

Слёз не жалея. И жизнь, словно слёзы, за каплею капля,

Прочь утекала в тоске по далёкой и милой отчизне.

К нимфе уж он охладел, но неволей делил с нею ложе

[155] В гроте глубоком ночном; без желанья – с желающей страстно.

Днём же опять уходил на утёс к морю, чтобы поплакать.

Там он все дни проводил, горем душу питая и плачем;

Взгляд, помутневший от слёз, не сводил он с пустынного моря.

Близко к нему подойдя, так сказала прекрасная нимфа:

[160] «О, злополучный, утри свои слёзы! И жизнь горьким плачем

Не сокращай! Я тебя отпустить благосклонно готова.

Вот что: в лесу наруби острой медью деревьев для брёвен;

Брёвна сбей в плот; по краям сбей борта попрочней и повыше,

Чтоб безопасно тебя плот нёс в море капризном и зыбком.