Одиссея. Перевод А.А. Сальникова

Пусть ему там

Почесть окажут они как бессмертному славному богу,

И на своём корабле его в землю отправят родную,

Меди и золота дав, и одежд драгоценных в подарок, –

Столько всего, сколько он никогда не привёз бы из Трои

[40] С долей добычи своей, если б сразу домой он вернулся…

Так возвратиться ему суждено; видеть вновь своих близких,

Милую землю отцов, царский дом свой высокий, красивый».

Так он сказал. И не стал медлить с вестью той Аргоубийца.

К светлым ногам привязал он свои золотые подошвы

[45] Амброзиальные, те, что носили его словно ветер,

И над бескрайней землёй, и над водною гладью широкой.

Взял он волшебный свой жезл, что и бодрого вмиг усыпляет,

Или же наоборот: пробуждает от сна крепко спящих.

С жезлом в руке полетел мощный Аргоубийца с Олимпа;

[50] Возле Пиерии он сразу к понту спустился с эфира.

Быстро помчался потом над волнами он чайкой крылатой,

Жадно хватающей рыб между волн шумно-бурного моря,

Смело в солёной воде свои сильные крылья купая.

Чайке подобный, Гермес полетел над пучиной морскою.

[55] Вскоре он остров нашёл, что был скрыт в дальнем море широком;

Тут же на землю вступил, с тёмно-синего моря спустившись.

Берегом дальше пошёл. Так дошёл до просторной пещеры.

Нимфу, что косы свои заплетает изящно, там встретил.

На очаге у неё ярко пламя пылало большое.

[60] Запах повсюду неся благовоний и колкого кедра,

Остров окутывал дым. Нимфа ткань ткала, пела красиво,

Ткацкий станок обходя с челноком золотым и искусным.

Густо разросшийся лес окружал отовсюду пещеру,

Тополем чёрным, ольхой, кипарисом высоким душистым.

[65] Всюду гнездились в листве длиннокрылые быстрые птицы:

Ястребы, скопы; ворон стаи шумных приморских, крикливых;

На побережье они добывали себе пропитанье.

Также у входа ковром по скале виноград поднимался,

Пышно разросшись; кругом ягод тяжкие гроздья свисали.

[70] Рядом четыре текли светлоструйных источника чистых,

Близко друг к другу; потом разбегались они друг от друга.

Всюду на мягких лужках здесь фиалки цвели с сельдереем.

Если б сюда вдруг попал бог бессмертный, на остров прекрасный,

Был бы он радостно здесь красотой изумлён до восторга.

[75] Так, созерцая, стоял, восхищаясь, бог Аргоубийца.

После того как на всё, восторгаясь, Гермес нагляделся,

Внутрь он пещеры вошёл преогромной. И, гостя увидев,

Нимфа, краса средь богинь, его тут же, взглянув лишь, узнала.