Смерть журналиста

Аннели Михкельсон стояла в примерочной женского отдела универмага «Стокманн» и рассматривала себя в большом зеркале. Бежевый цвет явно шел ей больше, чем синий, хотя и нравился меньше. И потом к костюму подойдет темно-зеленая, новая и безумно дорогая блузка, купленная недавно в Париже. Решено… Она посмотрела на часы и заторопилась, быстро переоделась, расплатилась в кассе кредитной карточкой и пошла к эскалатору.

Когда она съезжала со второго этажа, ее взгляд упал на расположенный прямо перед входом на эскалатор высоким прилавком, под которым на специальных узких полочках лежали или, скорее, стояли, так, что первая страница видна издали, свежие газеты.

Она сразу увидела красочную шапку на обложке «Ээсти экспресс» и невольно впилась пальцами в перила эскалатора. Боже милосердный! Да, конечно, бешеных собак следует убивать без пощады, но что дальше? Что будет дальше? Она поежилась, живо вспомнив то, от чего, собственно, и бежала, следуя известной и извечной женской установке: если хочешь избавиться от дурных мыслей, пойди в магазин и купи себе что-нибудь…

Когда она ступила на пол, мяукнул мобильник, и она машинально запустила руку в сумку.

– Да, я уже в вестибюле… Откуда?… С Тарту-манте?… Что ты там делал?… Хорошо, я перейду.

Она вышла из магазина, выждала, пока сменится свет на одном, другом, третьем светофоре… ну понаставили, иди топчись на ветру или под дождем!.. перебралась по кусочкам через улицу, ступила на тротуар и почти в ту же секунду к ней подкатил темно-синий «Ауди».

Аннели открыла дверцу и забралась в кабину.

– Пристегнись, – бросил ее муж Эльво Михкельсон, сразу же трогая машину с места.

Аннели зашарила рукой по сидению, нащупывая пряжку ремня безопасности.

– Купила что-нибудь? – спросил муж, кидая мимолетный взгляд на большой белый полиэтиленовый пакет с зеленой эмблемой «Стокмана».

– Брючный костюм.

Эльво только кивнул и сосредоточился на плотной массе машин, принявшей в себя «Ауди».

– Эльво, – заговорила Аннели, когда он затормозил перед светофором.

Она не смотрела на мужа, а глядела вперед на зебру, по которой шли немногочисленные прохожие. – Ты видел сегодняшние газеты?

– Нет, – ответил он кратко.

– Значит, ты не знаешь?…

– Насчет Оя?

Аннели повернула голову к мужу.

– Но если ты не читал газет…

– Я слышал по радио, – сказал муж, немного, как ей показалось, помедлив перед ответом.

– По радио! Везде об Оя! Большая шишка! – сказала она с горечью.

Эльво промолчал.