Вернуться по следам

– Ну, видишь, – говорит мама, – а еще ты перестала так болеть тяжело, как раньше. Были бронхиты, простуды всякие – но уж не пневмонии. Эх, если бы в третий раз поехали… И она же сказала, что ты беглая. Так и вышло – нигде ты не живешь дольше пяти лет, все дальше и дальше от дома, замуж не идешь, мужиков меняешь как перчатки… Никто тебе не нужен. Беглая, как есть.

– Ну, мам, – говорю, – ну ты чего? Так и я прорицать могу – сказать слово от балды, ничего не объяснять, и пусть потом сами придумывают. Толковый план, открываем контору? Ты будешь исцелять наложением чего-нибудь, а я – исполнять соло на магическом кристалле, идет?

Мама смеется, а мне того и надо.

Но разговор этот я вспоминаю и на бегу иногда думаю такую девочковую мысль: «А что было бы, если бы…» Ну, все же девочки делают это, да? Мечтают, что вот приедет лиловый негр в желтом «Мерседесе», то есть белый принц на белом коне, увезет в замок на Луаре и будет там ее… эгхм… осыпать лепестками роз. Всю оставшуюся жизнь, без выходных и перерывов на обед.

А я думаю о маленьком домике на берегу Днепра.

В детстве я мечтала стать лесником. И библиотекарем. И конюхом – но это позже.

Принц с конями и лепестками – это утомительно. А жить почти в лесу, среди книг, выращивать в огородике удивительные травы, разводить всевозможное зверье…

Но увы. Как сказала когда-то мама, головную боль я умею только вызывать.

Глава 11

Осенью, когда мне исполнилось шесть лет, от нас насовсем уехала Зося.

Где-то на Буковине заболела ее сестра.

Зося долго плакала, обнимала нас с мамой, а потом папа посадил ее в свой «жигуленок» и отвез в город. Больше я ее не видела. Никогда.

Кроме того, что все мы очень любили Зосю, на ней держался весь дом – она воспитывала меня, готовила обеды, присматривала за животными. Папа и мама, конечно, не могли бы вести такое большое хозяйство, так что они решили подыскать какую-нибудь другую женщину в домоправительницы, но этому вдруг воспротивилась я.

– Глория, не вмешивайся в разговоры взрослых, – недовольно сказала мама, – ты ничего не понимаешь.

– Подожди, Ань, – остановил ее папа и обратился ко мне: – Но послушай, дружище, тебя же выставили из детского сада, и где же ты теперь будешь обедать? Нам с мамой некогда возиться на кухне, сама знаешь…

– А я все равно ем у тети Гали, – сердито ответила я.