Сердце кошмара

Поэтому я и удивилась, когда Мирра сказала, что в этот раз не идет, а когда я спросила почему – лишь пробубнила что-то про Арне. Это в принципе все.

– Действительно… – задумчиво сказал Асмер, размышляя о сказанном ею. Арне Кристенсен вел себя странно, будто боялся чего-то, а, по мимо всего прочего, запретил жене идти на это кровослужение. Но почему? – Неужели это как-то связано с церковью Крови? Девушка попросила его никому не рассказывать об их разговоре. Она явно боялась. И вряд ли это был страх потери ежемесячного жалования медсестры.

Нет, она страшилась совсем не этого. Вполне вероятно, что Мирра переживала за свою жизнь. – У вас есть предположения, кто мог желать Арне Кристенсену зла? При столь высоком положении в церковной иерархии, вероятно, у него было много недоброжелателей.

– Вы удивитесь, но как раз-таки недоброжелателей у него не было. Арне, как никто другой мог расположить к себе, и вероятность того, что в церкви Крови есть кто-то, кто мог желать ему зла, очень мала.

Асмер достал фотографию медальона и результаты экспертизы крови.

– Скажите, Мирра, вы когда-нибудь видели этот медальон? Может быть, знак вам знаком? – он протянул ей фотографию.

– Мне очень жаль, но нет. Никогда не видела его.

– Ничего страшного, – Асмер забрал фотографию и показал девушке второй листок. – Вы говорили, что помогали Грете и девочкам с кровослужением. Посмотрите сюда и скажите мне, знакомо ли вам что-то, указанное в этом отчете.

Мирра взяла в руки листок с анализами крови. Нахмурила лицо, с которого вновь сошла краска.

В ее глазах снова заблестели слезы.

– Да, это анализ крови Арне, – через мгновение ответила девушка.

– Только его? – уточнил Асмер.

Мирра кивнула.

– Это значит, что Грета и девочки в порядке?

– Очень надеюсь на это, – пожал плечами Асмер, и тут же понял, что надо было сказать нечто более ободряющее.

А глазах Мирры вновь заблестели слезы. Две их прозрачные струйки потекли по ее щекам. Асмер вдруг понял, что ему пора: нужно было дать девушке погоревать.

Оплакать утрату на едине с собой. Только заставить себя покинуть ее было трудно.

– Послушайте, Мирра, – сказал детектив, доставая ручку и блокнот. – Я оставлю вам свой адрес. Если вдруг вы что-то вспомните или вам понадобится помощь, можете обратиться ко мне.

– Спасибо, – улыбнулась она сквозь слезы.

– Это меньшее, что я могу для вас сделать. Спасибо, вы мне очень помогли. Еще раз примите мои соболезнования.

Асмер поднялся и направился к двери.