Почти не преступление, но наказание

Но стекла не было.

Артём повторил нажатие ещё несколько раз. Безуспешно. Тогда парень вновь посмотрел на цыганку. От её улыбки не осталось и следа. Теперь она лишь скорбно глядела на него.

– Забери свои деньги, мне они не нужны. Думаешь, я смотрю на твоё лицо? Я вижу гораздо больше, чем ты можешь представить, но из-за твоей злобы ничего не скажу, пока ты сам не попросишь об этом.

– Ха! – усмехнулся Артём. – Как будто ты могла мне ещё что-то рассказать. Может, ты знаешь, кто и от чего умирает?

– Твоя Кр… – цыганка замолчала, а Артём насторожился.

 – Твоя красавица уходит в мир, откуда не возвращаются, а вместе с ней исчезаешь и ты. Она ведь для тебя всё. Но болезнь не выбирает, не так ли? Она просто делает своё дело.

Артём почувствовал, как взмокла спина, как пальцы с остервенением вцепились в руль.

Что это? Неужели кто-то подстроил весь этот спектакль? Неужели цыганка способна угадать, что умирает его жена? Она осеклась, когда говорила. Что именно старуха хотела произнести? «Твоя Кр…» Красавица? А может, какое-то другое слово? Например, Крис!

– Откуда ты…

– Я знаю! – перебила его цыганка и, резким движением просунув руку через окно, схватила Артёма за ладонь.

 – Ты любишь её больше всего на свете, правда?

Артём не смог вымолвить ни слова, лишь едва кивнул головой. Вновь, как в детстве, он почувствовал тот же самый страх, ту же оторопь, когда маленькая цыганская девочка кричала ему о смерти родителей.

– На что ты готов, чтобы вернуть её себе? – теперь рот женщины вновь скривился в ухмылке.

Потрескавшиеся высохшие губы были так близко к лицу Артёма, что он сморщился от мерзкого запаха из её рта. – Я спрашиваю! – властным голосом прокричала цыганка.

– Я… я… – Артём никак не мог совладать с собой и сказать хоть что-то членораздельное.

– Ну же, мальчик! Ты смирился с тем, что твоя судьба будет гнить в земле, а ты один – воспитывать трёхлетнюю дочь?

– На всё! – истерично проорал парень. – Я готов отдать что угодно, лишь бы она жила.

Слёзы готовы были выйти наружу, но Артёму не было стыдно. Станет позже, но не сейчас. Он словно исповедался, словно выговорился незнакомому человеку, хотя ничего такого, по сути, и не сказал. Его рука в ладони женщины обмякла, и парень больше не сопротивлялся её прикосновениям. В тот момент Артём был окончательно сломлен, жалок и несчастен.

– То-то же, – прошептала цыганка. – Ты вымолишь у меня прощение, и может быть, я дам тебе шанс спасти её.