Русский частокол

Пред тем присел на земляной бугор, обмотал ноги холстом с подошвами, обвязал бечевой. И в онучах двинулся к воротам. Хотел пройти короткой дорогой, да угодил в канаву. Попал в крапиву – обожгла огнем. Там его заметил младший брат Горян, которому недавно исполнилось десять лет:

– Вавула? Ты чего тут? Тебя отец ищет, мама беспокоится.

– Что, брат, зол на меня отец?

– Обещался кнутом угостить, как появишься.

– Вот и иди домой.

– А что делать? Все одно идти.

– Это да, ты же расскажешь, что видел меня.

– Знамо дело, мама молвит, обманывать нехорошо.

– Угу, верно молвит. А ты чего сюда вышел?

– На реку посмотреть. А интересное с другой стороны. Мужики с бабами к большим воротам пошли. Слыхал, вековой дуб опосля грозы горит.

– Да ну? – Вавула сделал вид, что не знает. – То к несчастью.

– Так же и люди молвят. А старец Светозар успокаивает, мол, отгонит зло, коли от деяний Перуна не пострадало капище.

Вавула спросил:

– А оно пострадало?

– Вроде нет. Старики туда пошли, один вернулся, поведал, что там тока мокро от дождя.

– И то добре. А ты не шляйся тут, да к воде не подходи, лучше у дома будь или с ребятней играй.

– Играться завтра на день Купалы будем.

– Ну, гляди. Отец, молвишь, дома?

– Дома. И мама, и Ерема, и Росана.

Последние были средним братом и младшей сестрой Вавулы.

Он встал, поправил полы на рубахе. Как был мокрым, двинулся к городьбе дома. Там у входа уже стоял отец. С ним соседский мужик, он что-то рассказывал, размахивая руками.

Завидев Вавулу, старейшина рода вывел мужика за городьбу, подошел к сыну:

– И где ты был?

– В лесу, – не моргнув глазом, соврал сын, впрочем, он не врал, был же у леса, можно сказать, в лесу, а то, что не один, отца не касалось.

– В лесу? – удивился Заруба Дедил. – и чего ж ты там делал?

– У меня на охоте у прежнего лука верхний рог обломило, видать, сильно тетиву натянул, вот и искал заготовку для нового.

Отец с недоверием посмотрел на сына:

– Нашел?

– Не-а. На опушке можжевельника нет, а вглубь зайти не успел, началась гроза, мыслил, прибьет еще молния.

– И где, в каком месте ты был?

– Да недалече от векового дуба, в который молния попала, под кустом. Вот видишь, промок весь.

– У дуба? Ты видел, как он загорелся?

– Видел, – кивнул Вавула, – тока до того молния сожгла сосенку, подожгла бревно, что мужики там оставили. Бревно дождь погасил, сосенка же сгорела. А потом молния уже в дуб ударила.