Цугцванг

На обоих парнях отчетливо виднелся след войны, потерь, но несмотря на все, они были достаточно юны. Я снова коснулась еще теплого тела и закрыла глаза. Я искренне пыталась понять, о каких потоках энергии шла речь, но не чувствовала этого. Зато я могла попробовать заставить свои силы работать так, как мне нужно. С губ механически срывались заученные слова. Протяжный писк резанул мне уши, я одернула руку.

– Поздравляю, – послышался голос надо мной. Я завороженно смотрела, как крыса извивается, беспорядочно перебирая лапками, сведенными судорогой.

– Ей больно, – произнесла я.

– Ей больно, потому что ты заставила ее сердце работать, а легкие качать воздух, – недовольно произнес Шон. – Ты не заставила ее ожить. У нее нет инстинктов, нет сознания. Она – набор механических рефлексов. Отключи их.

– Мне нужно убить ее? – с паникой в голосе спросила я.

– Ты не убиваешь ее, потому что она не жива, – с легким раздражением бросил некромант. – То, что она может кричать, не значит, что она может думать.

Еще протяжный писк – крыса умолкла и прекратила двигаться.

– Что… – я поднялась. – Это не я.

– Она перестал функционировать из-за боли, – пояснил Шон.

– Это ведь именно то, о чем говорил профессор, – сказал Себастьян. – Наша магия имеет разную природу, результат тоже будет отличаться… Мы не можем пользоваться твоими методами.

– Логично, – пожал плечами некромант. – Ну что… Теперь мы вызываем духов?

Слова застряли в горле, но я тряхнула головой, будто освобождаясь от навязчивых мыслей.

– Могу я пойти с вами? – сорвалось с языка прежде, чем я успела придумать еще тысячу причин не связываться с новыми учениками.

Оба парня остановились, будто раздумывая. Шон посмотрел на Себастьяна, тот сощурил светло-голубые глаза и медленно кивнул.

– С одним условием, – произнес он. – Тебе придется ответить честно на пару вопросов.

3. Девочка с глазами бога

Я замерла, а время будто остановилось. Физически.

Я чувствовала, как кислород все медленнее насыщает кровь, как движения становятся плавнее.

Условие, поставленное Себастьяном, было весьма странным.