Офицеры. Лучшие романы о российских офицерах

– Мать твою! И Диму тоже?

– И Диму. Вот такие дела, ребята.

– Понятно.

– В общем, чуть что, начало движения или еще какие заморочки, сразу доклад.

– Понял, Первый. Один вопрос.

– Да?

– Как командир?

– А как он может быть? Кипит весь.

– Оно и понятно. Вы его сдерживайте, а то, если в разнос пойдет, – мало не покажется.

– Учту. До связи.

– До связи.

7.35. Прошел сигнал о выходе боевиков из Косых Ворот. Информация продублировалась по обеим высотам.

Доронин быстро направился на фланг, к пулеметной точке Горшкова.

Именно Колян первым увидел людей, показавшихся в проходе.

– Ну что здесь?

– Да вон, товарищ старший лейтенант, глядите сами, выстроились в шеренги. У них че, крыши посрывало? Открыто строиться?

Доронин ничего не ответил. Он смотрел, как выстраиваются две шеренги, словно устанавливаются на стрельбище ростовые мишени. Ничем не защищенные, открытые для поражения. Живой щит из заложников? Он задумался. Надо принимать решение. Совсем скоро эти безоружные люди пойдут вперед, своими жизнями уничтожать минные поля и прикрывать бандитов.

Он принял решение. Взяв трубку «ТАИ», Доронин передал по высотам:

– Всем позициям! В случае начала движения людей со стороны Косых Ворот открывать огонь на поражение, чтобы не допустить продвижения вперед даже на несколько метров. Выполнять!

– Горшков, Ветров? – обратился ротный к солдатам, как только положил трубку. – Слышали приказ?

– Так точно.

– Вас он касается в первую очередь, вы у нас на самом переднем крае.

– Так точно.

– И давайте без вопросов, – прервал Доронин попытку солдат вступить в разговор, – валить всех без разбора.

– Поняли, товарищ старший лейтенант, – ответил за двоих Колян.

Командир роты отошел в соседнюю ячейку, через окуляры бинокля рассматривая обреченных. Было ли ему жалко их, безоружных? Было. Но сейчас главенствуют жестокие законы войны, и они компромиссов не допускают. Уж своих-то ему было жалко не меньше.

Поймав себя на мысли, что не доложил комбату о происшедшем, он убрал бинокль и отправился на КНП.

Подполковник внимательно, молча выслушал доклад. Да и что он мог сказать? Роте необходимо подкрепление, а не слова. А вот подкрепления у комбата как раз и не было. Но он доложил наверх, без особой надежды, что его услышат и поймут.

Шеренги безоружных людей, постояв какое-то время, начали движение. Их явно подгоняли сзади. Слышны были короткие, как выстрелы, команды.

Николай припал к пулемету. Руки немного дрожали.