Офицеры. Лучшие романы о российских офицерах

Он бросил рацию, сел за стол, сжал руками голову. Доронин и Ланевский не успокаивали капитана, понимая всю бесполезность слов.

Пораженный в самое сердце гибелью посланных им лично подчиненных, Егоров должен был справиться со своей болью сам. Его оставили одного.

В 7.00 поступил доклад Орла. Пост сообщал о том, что вдоль гор скапливается отряд. Силы подходят, видимо, через неизвестный проход. Доронин принял доклад Орла, отдал распоряжение вести наблюдение, не вступая без приказа в бой. После этого Александр вернулся на КНП.

Егоров, печально глядя куда-то в сторону, произнес:

– Тела ребят вынести бы надо.

– Вынесем, Валер, будет чуть поспокойней, вынесем обязательно, всех до одного.

– Что мешает сделать это сейчас?

– Орел доложил – видит противника, он собирается в стаю.

– Опять метят в балку?

– Скорее всего.

– И вновь по тому же сценарию? Впереди «живой щит»?

– Пока не знаю, но вполне вероятно. Ты вот что, Валер, принимай Малую. Скорее всего, ударят сначала по ней.

– Это уж как пить дать. Ладно. Иду на высоту. Да, Сань, если чехи пойдут в балку по прежней схеме, огневую точку не раскрывай, пусть остается в резерве. Спасать заложников тоже не имеет смысла, а то останемся мы со своим благородством без людей.

– Значит, будем гробить невинных?

– А невинных здесь нет. Среди чехов тем более. Если бы эти невинные захотели, то давно удавили бы своих боевиков, ведь те из их же среды, из их племен, из их народа. А они ни вашим, ни нашим. Раз попали, как бараны, то пусть свои проблемы решают сами.

– Ты ожесточился.

– Ожесточился? Не совсем верно, старик. Меня ненависть и жажда мести сжигают. И огонь этот настолько силен, что жалость и гуманизм во мне превратились в пепел.

– Я понимаю.

– И на том спасибо. Пошел я.

Валера вышел, дойдя до той отметки, при которой смыслом жизни становится только война и все действия и помыслы подчинены одному – убивать врага.

Доронин вызвал Орла:

– Орел! Первый на связи!

– Слушаю, Первый.

– Доложите обстановку.

– Все по-прежнему. Народу у бандитов прибавляется, но на открытое место пока не выходят, прижимаются к скалам.

– Повторяю, без команды огонь не открывать, только наблюдать и докладывать, что бы ни происходило.

– Ясно, Первый.

– Как настроение?

– Наших много полегло?

– С Голиковым десять.