К вопросу о миражах

Они вошли в подъезд и остановились у квартиры номер два на первом этаже.

Майор нажал на кнопку звонка и через несколько минут хриплый голос спросил, – Кто там?

– Откройте побыстрее, у ваших соседей возгорание проводки, нужна помощь, – майор старался говорить спокойно, чтобы не спугнуть.

Дверь на половину открылась и майор, резко распахнув ее, вошел в прихожую. Все увидели – перед ними стоял пожилой человек в тапочках, уютной серой пижаме и смотрел на них испуганными глазами. Они зашли в единственную комнату квартиры и майор на всякий случай взял его за руку.

– Позвольте, кто вы? – опешил Мирон и страшная догадка отразилась на его лице.

– Геннадий Лопатин, он же Мирон Куриленко, Вы арестованы за пособничество фашистам и убийства советских граждан, – громко проговорил майор, предъявляя свое удостоверение личности.

Вы меня с кем-то перепутали, – медленно и отчетливо проговорил Куриленко.

– Да нет, Мирон, тебя по фотографии опознал командир партизанского отряда и еще один человек, которого ты чуть не расстрелял в сорок первом году, но убил его товарищей, – жестко подытожил майор.

Куриленко, вдруг, проворно выхватил из кармана брюк пижамы небольшой пистолет и направил его прямо на майора. Женя, стоявший рядом, среагировал мгновенно – со всего размаха он прыгнул на него и вцепился в руку, тем самым прижал пистолет к его ноге. От неожиданности пистолет выпал из руки Куриленко, а подбежавшие оперативники быстро скрутили ему руки и одели наручники.

Женя, еще разгоряченный от схватки, встал у стены, поправляя свою рубашку, выскочившую из-под брюк.

– Спасибо Евгений, – тихо произнес майор и подобрал с пола лежащий пистолет.

– Смотрите ка, а ведь немецкий браунинг, – также тихо проговорил он.

Куриленко тяжело вздохнул, опустил голову и попятился к стулу.

– Я знал, что когда-нибудь это случится, – с дрожью в голосе сказал он, – да, я служил тогда у немцев, а куда было деваться?

– Все люди в это время шли на фронт, защищать Родину, – встрял Кудрин

– У нас с тобой Мирон еще будет много времени, чтобы за жизнь поговорить, а сейчас расскажи лучше о картине, которую для тебя украл Тюрин, – не выпуская из рук пистолета, потребовал майор.

Мирон заерзал на стуле, не ожидал он этого вопроса.

– Вроде месяц назад это было, – нехотя начал, – ко мне домой позвонили, а когда открыл дверь, увидел пожилого человека в светлом костюме и широкой белой шляпе.

– Не узнаешь, Мирон Куриленко? – просверлил он меня взглядом.