Стальные Волки Крейда

В том месте, где располагался брод, ширина Алкины, еще одной впадающей в Ител реки, чуть больше сотни метров. Дно на переправе ровное, а вода на самых глубоких участках доходила мне примерно до пояса. Вчера, когда основная часть сотни после изменения их талантов спала, я, оставив в Фароте Айма и Аритора выковывать недостающие одиннадцать комплектов брони для коней, с остальными несколько раз пересек реку. Течение здесь оказалось довольно сильным, но лошади его практически не замечали, а Мрак так вообще выглядел самым счастливым кабаном на свете, отчего Риис предположил, что в его родословной где-то затесалась парочка эльфийских бобров.

Эйнар оказался прав, ширина брода составляла не более двадцати шагов, а по обе стороны от этой отмели, по которой в ряд могли проехать не более десяти всадников, глубина резко возрастала, дно реки становилось илистым, поэтому нам удалось вбить в него тридцать вех, обозначающих края переправы. Ну а расположенный ниже по течению мост сгорел минут за двадцать.

Жаль, конечно, но ничего, когда все это закончится, крестьяне построят новый.

Вот уже три часа моя конная сотня, скрытая за высоким кустарником, разросшимся в пятидесяти метрах от переправы через Алкину, ожидала идущую из Суоны полутысячу. Напрасная, если разобраться, предосторожность – нежить не заметит нас, пока мы не появимся в зоне ее агрорадиуса, но мне так было спокойнее. Кони вели себя смирно, демоны, все еще находясь под впечатлением обретенных умений и чувствуя проблеск надежды, тихо переговаривались за моей спиной.

Джейс, после очередной шутки мага, в которой тот намекнул на наши с Сальтой несуществующие отношения, старался не смотреть в сторону старшей лучницы, но было заметно, что парень действительно попал. Демонесса это заметила тоже, но виду не подавала и держалась непринужденно. Она даже будто бы не обратила на шутку мага никакого внимания, чем несказанно того озадачила. Что чувствовал я? Сложно сказать.

Поначалу я смотрел на нее как на красивую девчонку, с которой при иных обстоятельствах можно было неплохо позажигать, но после того памятного видения о горе, которое она пережила, внутри меня поселилось щемящее чувство жалости, желание ее защитить, словно она была второй моей младшей сестрой. Нет, она по-прежнему мне очень нравилась как женщина, но…

– Все хотел спросить, дар, – Эйнар, тронув пятками бока своего коня, приблизился практически вплотную.