Весна 45-го года!

 – Хотите меня под трибунал подвести?

За генералом в комнату вошел лейтенант, которому тоже досталось на пироги, – а ты, лейтенант! Что у вас там за немец?

– Виноват, товарищ генерал-майор, – повел бровями Капитонов, – так он отсюда из окошка сиганул.

– Разрешите, я все объясню, – загородил я профессора.

Генерал, тяжело вздохнув и вытирая со лба пот, молча махнул мне следовать за ним, а я в свою очередь кивком головы приказал лейтенанту охранять профессора.

– Есть! – с полтычка понял меня Капитонов и закрыл за нами с генералом двери на кухню.

Понимая важность нашей миссии и не желая терять профессора из-за его глупой ностальгии, я пошел на должностное преступление и просто соврал генералу. Я наговорил кучу бреда о том, что профессор заметил немчуренка, который целился в грузовик и, желая обезвредить его, выскочил из грузовика и загнал его в этот дом. Ну а дальше уже подоспел и я с пластунами.

Поверил ли генерал-майор в мое сочинение или нет, я не знаю, только он слегка улыбнулся и приказал мне сдать немчуренка патрулю и возвращаться обратно в машину.

Когда мы с генералом вышли с кухни, я встретился взглядом с профессором, и он понял, что всей правды генералу я не рассказал.

С тех пор, как мне кажется, он стал мне доверять гораздо больше.

А я больше нигде не упоминал, что случилось по дороге на Темпельхоф, да и пластунам приказал рот не раскрывать.

На аэродроме нас уже ждали. Студ затормозил возле дальних ангаров и генерал, как заправский парашютист, зависнув на подножке, спрыгнул на бетон, не дожидаясь полной остановки грузовика.

– За мной, – приказал он, и мы, подчиняясь, пошли за ним в сторону большого ангара, над которым была натянута маскировочная сеть.

Сержант, находившийся в охранении, поприветствовал его и, пропустив нас всех во внутрь, закрыл дверь.

– Это лейтенант Коршунов из моей воздушно-десантной дивизии и его ребята, – показал генерал на человека в маскировочном халате, стоящего возле стола, поверх которого была расстелена огромная карта Австрии.

– Восемь человек! – акцентировал генерал, – все, что осталось от моей воздушно-десантной дивизии.

Он остановился и, глядя мне в глаза, добавил, – за всю войну я не потерял столько людей, сколько за последние две недели от этой заразы! Ты понимаешь, майор, почему это задание для меня так важно и важно для них?

– У них тоже иммунитет? – спросил профессор.