Белый царь – Иван Грозный. Книга 1

 – Кто бы знал, как мне не хватает тебя, как хочу хоть одним глазком увидеть твое личико.

– Насмотришься еще, надоест.

Дмитрий повысил голос:

– Не смей, Гриша, так говорить! Любовь до самой смерти будет жить в моей душе.

– Так я разве что против того имею? По мне любитесь, сколько влезет. Племяшей народите побольше.

– Дети у нас будут. Все сделаю, чтобы Ульяна моя счастлива была. Веришь, нет?

– Верю, конечно. Дмитрий, слово твое крепкое, мысли светлые, чувства настоящие, хоть и мечутся они внутри тебя, как птицы в клетке, ища выхода.

– Что-то мудрено ты заговорил, Гриша.

– С кем поведешься.

Дмитрий и Григорий съели хлеб до последней крошки, запили скудный ужин водой.

В отсвете костра мелькнула тень.

Григорий приподнялся на локте и спросил:

– Кого тут еще носит?

В ответ он услышал голос Родиона, слуги Михаила Ивановича Ургина:

– Ты, Гришка?

– Родион? Чего ты по лагерю бродишь, как вражеский лазутчик?

– Княжич с тобой?

– Здесь я, Родион, – ответил Дмитрий.

Отцовский слуга вышел на свет и сказал:

– Кто знает, Дмитрий Михайлович, случилось или нет, только воевода тебя к себе кличет.

– Батюшка?

– Другого воеводы у нас нет. Велел передать, чтобы ты пришел поскорее.

– Уж не захворал ли отец?

– Нет. Был здоров, как посылал за тобой.

Дмитрий поднялся, отряхнулся.

– Что ж, воевода зовет, надо идти. – Он взглянул на Григория. – Приду скоро. А ты не жди, спи.

– Ага, ступай. Может, весть какую принесешь.

Дмитрий в сопровождении Родиона прошел к шатру воеводы, откинул полог.

– Позволь, батюшка?

– Входи, Митя.

Михаил Иванович Ургин сидел на лавке за наскоро сколоченным столом. Перед ним лежал лист бумаги с неровными краями, по углам стола горели восковые свечи.

– Садись рядом, сын. Разговор у меня к тебе есть.

Дмитрий присел на место, указанное отцом.

– Да, батюшка?..

– Ответь поначалу, что говорят у нас в войске? Мне все недосуг с ратниками потолковать.

– Ты, я вижу, недоволен этим.

– Это мое дело, сын. Я задал тебе вопрос, ответь!

– В войске, батюшка, настроение мрачное. Народ не понимает, что происходит. Да и еды осталось мало, голодают ратники. Больные появились. Страха нет, но и боевой дух ослаб. Это заметно. Почему мы бездействуем, батюшка? Ведь был же момент полкам ворваться в Казань, когда крепостная деревянная стена загорелась.