Кукольник

Во всяком случае, до тех пор, пока некий Карл Мария Родерик О'Ван Эмерих коптит небеса.

– Зар-раза! – вдохновенно подвел итог Карл, делая неприличный жест.

– Синьор! А вы её жучиной смолкой! – посоветовали из-за кустов клеродендрума.

Карл повернулся к кустам. Жесткие листья, заостренные и зубчатые по краю, отбивали охоту не только прятаться в их гуще, но и подходить близко.

– Чем? – спросил он у доброжелателя-невидимки.

– Смолкой!

– Это я понял, – говорить с кустами было непривычно. – Какой смолкой?

– Липучей!

Из кустов, сияющий и исцарапанный, выбрался мальчишка лет семи.

Правой рукой он держал здоровенного жука-скорняка, крайне недовольного таким обращением. Сдавив жуку брюшко, юный советчик подставил палец к той стороне жука, которая находилась дальше всего от головных «ножниц»: роскошных, с королевскими зазубринами.

– Смотрите, синьор!

Карл Эмерих не успел вмешаться. Прыгнув к платформе, мальчишка молниеносно измазал «жучиной смолкой» отклеившийся край гематрицы и прижал печать к оградительному поручню.

Платформа вздрогнула, подскочила на месте и перестала подавать признаки жизни.

«Приехали, – оценил Карл ситуацию. – Жизнь наладилась. Неумолимо».

– Красотища! – без церемоний выкинув жука обратно в кусты, мальчишка забрался на платформу, не ожидая приглашения. – А вы, синьор, меня за это подвезете. И дадите рычаг подергать.

– Тебе куда?

– В Рокка-Мьянму! К тетушке Фелиции!

– А ты уверен, что мы сможем поехать к тетушке Фелиции?

– А то!

В доказательство мальчишка пнул рычаг босой ногой.

По счастью, не очень сильно – тронувшись с места, платформа раздумала набирать скорость, проехала метров десять и остановилась.

Карл отметил, что шла платформа тихо, без звука, как послушная девочка рядом с матерью.

– Ну ты гений… – тремя прыжками он догнал «кабриолет», забрался в кресло водителя и взялся за рычаг с твердым намерением оградить управление от пинков малолетнего умника. – Тебе повезло, нам по пути.

– Это вам повезло, синьор…

Они миновали плантацию древовидных медоносов, обвитых плющом-сладкоежкой. С плетей свисали лазурные гроздья цветов. Над плантацией кружили птицы, истребляя орды бабочек. Как знал Карл из туристического справочника, от скуки прочитанного в зале ожидания, трижды в год плющ обрывается здешними крестьянами и идет в давильню. А из полученного сока делается крепкий алкоголесодержащий напиток с легкой примесью галлюциногенов.