«Время, назад!» и другие невероятные рассказы

Я спустил ноги с края кушетки, повис, поболтался на руках и шмякнулся на пол, а поскольку я был упитанный младенец, то отскочил и шмякнулся еще раз. Потом собрался с силами, осмотрел кабинет, и мне померещилось, что он увеличился в размерах. Стол, стулья и все остальное маячило где-то над головой, а бесчувственный док лежал в углу. Туда-то я и пополз.

Док дышал, а это уже было неплохо. Но привести его в чувство я не сумел. Наверное, у него было сотрясение мозга.

Хм.

Мое тело по-прежнему похрапывало, и я тряс его за голову, пока не разбудил, после чего кое-как выговорил:

– Малой, постарайся меня понять.

Но у меня совсем вылетело из головы, насколько юн этот младенец. Он схватил меня сзади за подгузник и стал возить мною по полу, словно я был щенок, и при этом басовито гулил, и мне сделалось дурно, и я обзывал его обидными словами. Наконец он отпустил меня и снова принялся жрать ногу, но теперь уже не свою, а мою!

Я вспомнил про медсестру. Переполз в приемную и обнаружил, что девица распласталась на столе и сознания в ней не больше, чем во вчерашней треске из холодильника.

Набирать номер было непросто: пальцы все время прогибались и складывались. Я догадался схватить карандаш – тот удачно упал со стола вместе с телефоном. Телефонистка спросила, с кем меня соединить.

– Агуг… гу… с полицией! С полицейским управлением!

Как я ни силился привести мягкие ткани горла и языка в говорильное положение, все равно то и дело срывался на кашеобразное бульканье.

– Дежурный сержант у аппарата. Я вас слушаю.

Я стал рассказывать ему, что хотел – с чего все началось и еще про налет на лечебницу дока, – но он меня перебил:

– Кто это говорит?

– Сержант Кэссиди, морская пехота США.

– Что ж вы, черт возьми, так непонятно лепечете? – Он передразнил меня, имитируя писклявый от природы голос: – Фервант Кеффиди, мовская пефота Фэ-Фэ-А.

– Нет! – пропищал я. – Проклятье! Высылайте наряд.

– Наяд?

Я начал было рассказывать, как нацистские громилы сперли изобретение дока, но мне хватило ума заткнуться, пока не наплел лишнего. Чувствовалось, как полицейский на другом конце линии переполняется скепсисом, но в конце концов он сказал, что пришлет человека. Что ж, и на том спасибо.