«Время, назад!» и другие невероятные рассказы

Затем дверь распахнулась и в кабинет вошли трое крепких ребят с пушками в лапах: у одного был револьвер «уэбли», а у остальных – пистолеты, маленькие и плоские. Оказалось, что типчик с револьвером – тот самый увалень, которого док совсем недавно прогнал из своей лечебницы. Усы над его пастью, похожей на крысоловку, совсем растопорщились, а взгляд стал еще более сонным. Что касается остальных, это были обычные головорезы.

– Смит! Ах ты, нацист поганый! – воскликнул док и хотел было схватиться за скальпель, но Смит его опередил.

Дуло револьвера гулко стукнуло в висок, и старикан свалился на пол, откуда извергал потоки проклятий, пока Смит не припечатал его снова.

– Gut! – сказал один из головорезов.

Все это время я сидел на кушетке, но теперь вскочил и бросился к Смиту, намереваясь выдать ему первоклассный апперкот. К несчастью, ноги меня не послушались и я брякнулся ничком, носом в клеенку, и это было крайне неприятно.

– А это еще кто? – спросил чей-то голос.

Я перекатился на спину.

– Наверное, пациент. Судя по храпу, под эфиром.

– На нем тот самый шлем!

– Йа, Йа, – бросил Смит, – тот самый, в котором так нуждается херренфольк[22 - Раса господ (нем. Herrenvolk).]. А вот, – он снял шлем с моей младенческой головы, – еще один. Номер Третий будет доволен. Выходит, оборудование достанется нам бесплатно.

– Разве мы собирались за него платить, герр Шмидт?

– Найн, – ответил герр Шмидт, – и помни, что глупость не красит человека. Не зря же я замаскировался под государственного чиновника. Ха! Но мы теряем время, Раус. Встретимся сегодня вечером – сам знаешь где.

– Йа, в цирке, – подтвердил косой.

– Тихо!

– А кто нас слышит? Младенец? Унзинн!

– Нет, не вздор. Осторожность никогда не помешает, – возразил Смит, запихивая оба шлема в маленький черный ранец, лежавший у дока на стеклянном столике с инструментами.

И они ушли, а я в некотором ошалении остался сидеть на кушетке. Потом крикнул:

– Док!

Нет ответа.

Пол был черт-те где, но я понимал, что надо как-то спуститься. Поползал по клеенке, выквакивая всякие нехорошие слова, и вдруг обнаружил, что для таких мизерных размеров у меня на удивление крепкая хватка: ножки слабенькие, но с ручками дела обстоят не так уж плохо.