Звери лютующие. Екатеринбург: гримасы уголовного мира

Деление славян на русских, украинцев и белорусов – искусственное. Впрочем, не об этом у нас пойдет речь… Я счел необходимым в деле, которое мы ведем, поставить точку[4 - Имеется в виду история, изложенная в предыдущем детективном романе «Загадки семейных трагедий». Книга издана и размещена во многих книжных интернет-магазинах.]. Есть все основания для того, чтобы обвинительное заключение по делу об убийствах предпринимателя Калиниченко и гражданки Марковой Надежды Валентиновны, покушениях на убийства её несовершеннолетнего сына Мдивани Георгия Николаевича и инвалида первой группы Павлова Юрия Ивановича передать для рассмотрения по существу в Свердловский областной суд.

– Считаю: улик предостаточно, доказательная база более чем серьёзная.

– Да и нельзя не сбрасывать со счетов то обстоятельство, что сроки следствия бесконечно никто не будет продлевать.

– Что, верхи наседают? – усмехнувшись и понимающе кивнув, спросил Ефимчик.

– Поддавливают. Но есть ли смысл ожидать, когда начнут по-настоящему давить?

– Нет смысла.

– Итак, будем считать, что с этим делом покончено. Впрочем, не совсем, – перехватив недоумённый взгляд майора Ефимчика, Егоров пояснил. – Должок за мной имеется.

– Ну, – усмехнувшись, заметил Ефимчик, – что мешает в таком случае расплатиться?

– Вот и я такого же мнения… В успешном раскрытии уголовного дела, в столь эффективном расследовании обстоятельств, по моему мнению, велика заслуга директора частного детективного агентства Фомина Александра Сергеевича.

– Насчет заслуг согласен, – охотно поддержал майор Ефимчик. – Благодаря его сыскному опыту мы сумели так быстро выйти на злодеев. Но… Есть нюанс: Фомин, выражаясь его же словами, прикрыл свою «избушку» на клюшку.

– Прикрыл? Насовсем или на время?

– Окончательно и бесповоротно, Семён Яковлевич.

– Не знал… Жаль… Что так? Какие-то проблемы у него?

– Проблема одна, как я понял, – это возраст.

– Мужик – кровь с молоком. Шестьдесят еще нет – какие его годы?

Ефимчик кивнул.

– Я того же мнения. Хотя я Александра Сергеевича понимаю, очень даже понимаю. Четверть века – в корифеях уголовного розыска, а это даром не проходит. И плюс – двенадцать лет в качестве директора детективного агентства. Итого: тридцать семь лет. Говорит: устал. Говорит: хотел бы пожить остаток лет в покое.

– Жаль… Большой специалист своего дела… Но всё равно… Уход ничего, по сути, не меняет. Долг всё-таки надо вернуть.