Идущий на смех. Книга-игра

– Ну что, так и будешь глазами хлопать? Быстрее, пошли, пока стража тебя не хватилась, – торопит Вас пришедший, и Вы, наконец, узнаёте его.

Это Гуальтеро, учёный-полимат, занимавший при старом короле должность главного военного инженера. Сфера его интересов и деятельности была весьма обширной и разносторонней, и, по слухам, он занимался такими исследованиями, за которые в иных местах едва не угодил на костёр.

Но проницательный король предоставил опальному мудрецу своё покровительство, закрывая глаза на многие чудачества по причине его полезности и даже, можно без преувеличения сказать, гениальности.

Этот человек настолько постарел в одночасье, что Вы при всём желании не узнали бы его сразу. Волосы поседели, лицо покрылось морщинами. Ещё совсем недавно он был бодр и полон сил, годился бы Вам пусть и не в сыновья, но, во всяком случае, в младшие братья. А теперь – Вам впору обоим сидеть на крыльце, сетуя на мир и ворча о том, что молодёжь нынче пошла уже не та.

Да, Вы помните, как эти варвары-наёмники разгромили его лабораторию, уничтожили чертежи и макеты, разбили оборудование, перевернули пробирки, колбы, порошки, рвали и жгли книги и даже выпотрошили чучело.

И, разумеется, с одобрения этого инфантильного монарха, не умеющего ценить по-настоящему достойных людей, зато окружившего себя подхалимами, скотами и мерзавцами.

Действительно, какое-то время все (и Вы в том числе) гадали, куда же мог запропаститься этот чудной малый. А он, выходит, путешествовал по системе потайных переходов, которую наверняка знал не хуже, чем иной паук – узоры на своей паутине.

И верно – там есть всё, чтобы, например, можно было отсидеться на случай осады или бежать подальше из замка, если будет такая потребность.

Не видя в подобной ситуации смысла спорить, отказываться и оставаться сидеть в жуткой камере, Вы идёте на свет и…

– Внезапно останавливаетесь, чтобы спросить о мёртвом сокамернике – 264

– Вскоре покидаете помещение камеры – 301

198

Не в силах более сдерживаться – Вы забываете обо всём, что было для Вас свято, и начинаете грести всё золото под себя.

Сам призрак, обратившийся в полупрозрачное подобие золотой статуи, издаёт раскатистый смех, и в этот момент всё, включая пол, стены, решётки, цепи и безжизненное тело сокамерника – обращается в золото, наводя на мысли о царе Мидасе.

– Моё! Всё моё! Только моё! – Ваши глаза жадно бегают, уголки губ нервно подрагивают в нездоровой ухмылке.