Body-Бог, или Месть неандертальца

Он в пурпурной до полу мантии, украшенной золотыми застёжками, увенчан лавровым венком, в правой руке Его – скипетр, на конце которого кадуцей, знак древа жизни, в левой – толстый свод «Небесного УПК». В правых дверях появляются Мать-Исида и Люцифер, в левых – сопровождаемый двумя приставами подсудимый Иаков.)

МАТФЕЙ(возглашает нараспев, водя пальцем по лежащей перед ним бумаге с текстом).

Встать праведным и грешным!

Послушным роем

Слетелись вы в Присутствие святое.

Безсмысленные оглашенные

И лицемеры скверные,

Все однова

Ответите за помыслы никчёмные

И зряшные дела.

Невинные бараны, валухи и ярки

Пойдете в рай степенной чередой,

Где обретёте Благодати чарку,

Свободу и покой.

А козлищ нечестивых,

Вселенную хотящих потрясти

И рыночные блага обрести, –

О них я не тужу! –

Ко Дьяволу и гнусным аггелам его я лично провожу…

ЛЮЦИФЕР(поднимает вверх указательный палец).

По высочайшему распоряжению,

Чтобы поднять прогресса тонус,

И рай и ад

Отныне общий получили адресат –

Вечного Братства Конус.

Идёт переселение

Небесного и преисподней населения.

Без разбирательств сложных

Приходуем тупиц и гениев,

Невинных и острожных

И лечим Благодатью равномерно

И праведников и отступников неверных.

Я – новой стромы комендант,

Прошу не забывать, благой иерофант!

МАТФЕЙ (Люциферу негромко и гневно).

Не путай процедуру, Сатана!

Я с вашими реформами ужо сойду с ума.

(Обращаясь к Боди-Богу, то и дело сбиваясь

и водя пальцем по строкам текста).

Судья и Вседержитель полномочный!

Зевес, Перун, Амон и прочая,

Вселенной Промыслитель,

Небес и Геи устроитель,

Всепроникающей науки око,

Анализа и синтеза резец и кочедык,

Провозгласивший мракобесию кирдык.

Всеипостасный труженик,

Творец-многостаночник…

(Прошу пощады за возможную неточность!),

Боже обрезанных и необрезанных,

Изведавший любовь святую горнюю

И ненависти мрачной бездны,

Сам же который любишь всех равно,

Будь славен Ты и ныне, и вовек, и присно!

Купно приветствуем царицу небесную Исиду-Мать,

Невольную предстательницу вора,

И – тьфу! тьфу! тьфу! – змеюку-прокурора!

(Люцифер довольно кланяется.

Поскольку ябеды, Лукавым воздвигаемые, препохабны,

То, безусловно,

В речах возможны обороты сквернословные.

А потому мы вводим исключительную меру:

Режим Суда – закрытый: in kamera.