Нянька

Нянька

Олли Ver

Очень больно потерять единственного друга. Но если судьба захотела растоптать, она не сделает скидку на возраст, не примет во внимание, насколько человек любим – она вырвет его из вашего сердца, оставив вас корчиться от боли. Она перешагнет через вас, ухмыльнется и брезгливо швырнет в лицо кипу воспоминаний – ярких, теплых, – чтобы вы помнили эту боль всю жизнь, и будет смеяться, глядя, как в приступе ярости вы проходите мимо тех, кто сумел полюбить вас искалеченным.История о двух девочках и человеческой подлости.

О том, как легко сломать человеческую жизнь… и как сильно можно любить сломанных.Содержит нецензурную брань.

Для оформления обложки использовано изображение с https://unsplash.com/photos/ZDhLVO5m5iE

Глава 1. Жвачка

– Думаешь, это кишки?

– Нее… просто кровь.

– Да ну, какая же это кровь? Ты посмотри, там же внутри что-то круглое и длинное…

– Говорю тебе это – кровь. Или червяк.

– Думаешь, она успела сожрать червяка, прежде чем её переехало?

– Может, это червяк сейчас жрёт её?

– Хм… А мы проверим!

Анька поднимаемся на ноги так быстро, что подол её платья опускается лишь секундой позже, оголяя её тощие бедра и белые хлопковые трусы.

Она оборачивается вокруг себя и стремглав бросается на обочину дороги, где роется в жиденькой траве задом кверху. Анька что-то бубнит мне, но я ни слова не могу разобрать.

– Я ничего не слышу! – кричу я ей.

Она разгибается, поворачивается ко мне – её лицо стало ярко-розовым от прилившей к голове крови.

В руках она держит прутик.

– Я говорю – если начнет шевелиться, значит это – червяк.

Анька снова возвращается на тропу и садится на корточки, нависая над нашей находкой. Она аккуратно втыкает прутик прямо в центр бурой каши и подцепляет комок коричневого сгустка концом ветки, таща его наверх – жижа мерзко скатывается с палки и, переливаясь на солнце, с тихим шлепком падает на землю.

– Меня сейчас стошнит… – я морщусь и вскакиваю, закрывая рот рукой.

Анька хохочет:

– Я же говорила – кишки! А она – червяк, червяк…

– Тоже мне, – глухо бубню я из своей ладони, – эксперт по раздавленным мышам…

Она продолжает победно смеяться, пока я пытаюсь вернуть на место взбунтовавшийся желудок.

Анька поднимается на ноги и отбрасывает палку обратно в траву.

– Ладно, – говорит она, – пошли к речке.

Мне не сильно хочется идти на речку, но все же это лучше, чем рассматривать раздавленных грызунов, лежащих посреди дороги. И я киваю.