Пламенный Путь

– В таком случае дуй прямиком ко мне! – не терпящим возражения тоном заявил он. – У меня тут один человечек. Ты здорово удивишься… Да, вот еще чего: по дороге заскочи куда-нибудь и вискариком затарься, пиво в горло уже не лезет, а заодно пожрать прихвати.

– Сколько брать? – спросил я.

Андрюха ответил в присущей ему шутливой манере:

– Чем больше, тем лучше. Сам знаешь, выпивки много не бывает…

Минут через сорок я въезжал во двор расположенного на Тверском бульваре девятиэтажного дома, построенного в стиле сталинского неоклассицизма то ли немецкими военнопленными, то ли бывшими соратниками Лейбы Давидовича Бронштейна и Алфельбаума Овсея Ароновича[5 - Л.

 Д. Троцкий и Г. Е. Зиновьев.], коих советская власть отвадила от пустопорожней болтовни и вручила в руки кайло, лопату, тачку, мастерок каменщика и прочий незамысловатый строительный инструмент.

Время близилось к вечеру, народ в большинстве своем вернулся домой, и, как следствие, свободных мест на стоянке во дворе дома не оказалось. На мое счастье, из здания вышел какой-то мужик, погрузился в «Лендровер» и куда-то поспешно упылил, в противном случае пришлось бы искать место для парковки в соседнем дворе или вовсе на проезжей части.

Я без звонка и стука повернул дверную ручку вниз и дернул на себя. Квартира моего друга Андрея Шатуна, как обычно, оказалась незапертой. В прихожей сумрачно, по носу шибануло запахом пива и табачного дыма. Несомненно, народ уже основательно «размялся» пивком перед решительной схваткой с Его Величеством Зеленым Змием, в полном соответствии с излюбленной поговоркой хозяина квартиры: «Пиво на вино – говно, вино на пиво – диво».

До моего прихода в гостиной шел, несомненно, весьма интересный бурный разговор, а может быть, даже спор, однако мое явление не осталось незамеченным и положило конец дебатам. А вскоре в прихожей возник и сам Шатун Андрей Николаевич, бывший десантник, бывший «афганец», бывший калека, бывший бомж и еще много чего бывшего. Впрочем, насчет «бывшего десантника» я слегка погорячился, ибо, по компетентным заверениям моего друга, десантники бывшими не бывают.

Теперь это вполне здоровый и весьма респектабельный мужчина, единственным недостатком которого, на мой взгляд, является неуемное употребление отвратительных на вкус и запах папирос. Я уже ему и трубку в комплекте с виргинским табаком дарил, и сигары – настоящую «Гавану», и «Мальборо» подсовывал, а он как заладит: «Лучше «Беломора», Аристарх, ничего нет» – и хрена с два ты его переубедишь.