Ричард Длинные Руки – рауграф

Граф Ришар отсел ближе к камину, в задумчивости положил ноги на узорную решетку, словно по ту сторону все еще горит огонь, лицо стало до крайности задумчивое.

– Его Величество, – проговорил он мрачно, – узнал нечто еще. Что-то резко усиливающее его позиции. Или ослабляющее ваши, что вообще-то одно и то же.

– Или его сумели убедить, – добавил барон Альбрехт, – действовать решительнее.

– Нет, – сказал сэр Альвар, – не это.

– А что?

– Не знаю…

– Тогда помалкивай, – сказал сэр Растер сердито.

– Возможно, – продолжал Ришар тем же задумчивым тоном, – его убедили, что вы почему-то безвредны? Или у вас связаны руки?

– Кем?

– Императором, к примеру.

Я подумал, покачал головой:

– С берега кораблем не правят.

Он посмотрел непонимающе:

– Вы о своем будущем флоте?

– О правлении императора, – ответил я. – Я принимаю его власть, что еще?.. Он слишком далек, чтобы указывать мне каждый шаг и поворот штурвала… Мне на месте просто виднее.

Ришар сказал с сомнением:

– Хорошо бы. Нет-нет, я не сомневаюсь в мудрости императора, но он может переоценивать свое влияние. Возможно, Кейдан решил, что вы просто стерпите?

– С какой стати?

Он ухмыльнулся:

– Из милосердия. Вы отобрали у него почти все королевство! Теперь можете в чем-то проявить снисхождение.

– И позволить ему казнить моих людей? – спросил я едко.

– Барон Фортескью, – напомнил сэр Альвар, – подданный короля. И, думаю, сам барон Фортескью этого не отрицает.

Куно наконец задвигался, закряхтел, на него начали оглядываться, я сказал с нетерпением:

– Куно, давайте без церемоний. Если пукнуть невтерпеж, не стесняйтесь. Вон вокруг сэра Растера целая желтая завеса, но сэр Арчибальд вроде и не замечает. Воспитанный, значит.

– У меня насморк, – сообщил Арчибальд Вьеннуанский, но на всякий случай отодвинулся от насупившегося рыцаря.

– А если Его Величество, – сказал Куно несмело, – полагает, что вы, человек дела, в первую очередь заботитесь о… скажем так, общих интересах? В последнее время он был под сильным влиянием рыночных отношений… Человеческие жизни в этом случае весят не так уж и много…

На него посмотрели с таким удивлением, что он смешался и умолк, виновато опустив глаза.