Ричард Длинные Руки – вильдграф

Ценю ваш вкус!

Он промолчал, мы подошли к дальнему столу, там пусто, я вопросительно посмотрел на мага, тот кивнул, я опустился на стул. Чуть не подпрыгнул, чувствуя, что задница погружается в жидкую теплую глину, однако та моментально затвердела, я ощутил, что еще никогда не сидел на таком удобном сиденье. Даже подлокотники молниеносно подстроились под высоту, длину и ширину моих рук.

Маг прошелся вдоль стола взад-вперед, будто не решаясь сесть или не выбрал место, стул двигается вдоль стола, словно намагниченный, и когда маг остановился, с готовностью забежал сзади и даже боднул под колени.

– Значит, – проговорил маг, – ты добрался сюда… ага, превратившись в птицу. Ну, что-то вроде птицы. Любопытно, не чувствую остаточной эманации… Какой-то новый вариант… И вообще…

Я сказал скромно:

– Хоть я и молодой маг, но какие-то мелочи освоил.

– Это не мелочи, – пробормотал он, – но, с другой стороны, в самом деле не знаешь и не умеешь многих мелочей, которые обязательны даже для учеников мага…

– Я самоучка, – сказал я еще скромнее.

Он оглядел меня оценивающе, странное ощущение, когда вот так упорно смотрит безбровое лицо, даже ресниц нет, а сетчатка постоянно меняет цвет.

– Меня зовут Сьюмас Макманус, – произнес он.

– Красивое имя, – сказал я, от лести еще никто не умирал. – А фамилия еще лучше.

– Это не фамилия, – сказал он небрежно.

– Прозвище?

– Да.

– Что-то значит?

– На древнем языке, – ответил он сухо. – Итак, Рич, я вижу, вы молоды и сильны… Гм, достаточно странное сочетание для мага.

Я отметил, что маг перешел на «вы», похоже, начинает уважать, рискнул поинтересоваться:

– Почему?

Он хмыкнул.

– Для вас новость? У кого сила – идет путем силы. Дорога славы с мечом в руке, копьем, боевым топором… Магами становятся либо старики, либо увечные.

– А-а-а, – сказал я, – вы гений, сказали все точно! Я именно такой. Там, глубоко внутри. Хил, слаб и тщедушен. Это называется комплексами. Я тоже, кстати, ни разу не видел молодого мага. А если увижу… то это будет либо трус, либо подлец.

Он хмуро усмехнулся.