Ричард Длинные Руки – гроссфюрст

 – Докажи, что ты чего-то стоишь, ты же не рабыня Геда!

В ее взгляде проступило колебание. Она даже посмотрела вниз, будто измеряла расстояние до пола, чуть-чуть зябко поежилась.

Я торопливо ухватил стул и, придвинув к стене, подал ей руку. Она повернула голову и долго смотрела на меня, я постарался выглядеть чистым и открытым, искренним таким любителем бесхитростных веселий, застолий и легкого флирта.

За ее спиной снова задвигались ветви деревьев, застыли, опять дрогнули и замерли прямо в движении.

– Ну давай же, – сказал я. – Съедим по пирожному, и снова вернешься обратно!

Она кивнула и подала руку. Я напрягся, до жути захотелось отдернуться, отпрыгнуть, но стыд перед женщиной пересилил, а она легко оперлась о мою ладонь, ощущение жуткое, словно в самом деле живая, придвинулась вплотную к незримой преграде и перекинула через нижний край рамы ногу, словно вылезает через окно.

Я придержал ее, напрягая мускулы, она перекинула вторую ногу, мгновение посидела на раме, затем встала на стул одной ногой, другой, я помог сойти на пол.

Она улыбалась несколько нерешительно, но лицо разрумянилось, глазки заблестели, мне даже почудилось, что в них появилось нечто хитренькое.

– Садись, – сказал я вежливо и провел ее к креслу.

Она опустилась тихо, но без церемоний, во взгляде разгорается любопытство. Уже без колебаний взяла пирожное, надкусила, прислушалась к ощущениям. Я быстро создал вазочку с мороженым, придвинул к ней.

– Тебе понравится.

Она кивнула, быстро и без церемоний разделалась с пирожным, чего я никак не ожидал, все-таки даже тактильное и до предела интерактивное не должно было вот так… с другой стороны, энергия, похоже, была на исходе…

Мороженое она смаковала, прислушивалась к ощущениям, потом улыбнулась, голос ее прозвучал чарующе, с новыми нотками:

– Спасибо. Мне нужно вернуться.

Я снова протянул руку и помог ей подняться на стул, а оттуда перелезть через раму, снова жутко похожую на окно в некий мир.

Сэр Вайтхолд вошел с докладом, споткнулся на пороге, едва увидел мое лицо.

– Что-то случилось, – спросил он встревоженно, – ваша светлость?

– Если бы, – ответил я, стараясь войти в прежний образ все понимающего и все видящего отца народа и великого воителя. – А то сиди вот и жди… когда что-то случится.