Ричард Длинные Руки – эрцфюрст

 – Да-да, не делайте такие глазки. Вы не слышали горделивое выражение сен-маринцев «Вот такое я говно!»?

Он застыл, не веря и не зная, что сказать, затем сказал просительно:

– Может быть, я лучше пойду спать?

– Поздно, – отрезал я обрекающе державным голосом, полным горькой мудрости: – Идите, дорогой армландец. Нам здесь исчо много работы.

Он поклонился, вид у него теперь таков, словно я ему возложил на плечи Великий Хребет и велел отнести на место. Удалился он тяжело и задумчиво, а я вернулся к столу, но замер над ним, ибо внезапно и очень резко пахнуло холодом.

Я оглянулся в удивлении, с той стороны глухая стена, ни окна, ни двери, только массивные и плотно уложенные глыбы на быстро схватывающемся растворе… и похолодел, стена быстро покрывается крупными каплями влаги, а те замерзают на глазах, превращаются в ледяные потеки. Ледяная корка покрыла стену за считаные секунды и поползла по полу в направлении моего кресла.

Я вскочил, отпрыгнул, а растекающаяся струя захватила ножки стола и стула и, к моему ужасу, начала подниматься по ним вверх.

Я с воплем метнулся к двери, та распахнулась с таким грохотом, ударившись о стену, что должна бы разбудить всех на этаже, но Умальд и Йомильд, мои телохранители, бесстыдно спят, опустившись на подгибающихся ногах по стене на пол.

Умальд сжимает в кулаке амулет, явно что-то успел ощутить опасное, но это его не спасло, пятерня Йомильда за пазухой, но и крестик не помог, чертовщина оказалась сильнее, либо не чертовщина, а что-то похуже.

Через дверной проем видно, как дальняя стена начинает деформироваться, по ней сверху прошла волна, словно это не камень, а слабо натянутое полотно, внизу же поднимается, будто восходящее тесто, полупрозрачная слизь…

Я бросился бегом по коридору, у выхода на лестницу похрапывают Хрурт и Переальд.

Ступени дважды вздрогнули под моими подошвами, словно сбегаю по шкуре некого допотопного чудища.

В зале влажно и холодно, словно мы где-то далеко на севере, я затормозил бег, прокричал во весь голос:

– Есть кто живой?.

.

Издалека донесся раскатистый злобный смех и низкий шипящий голос:

– Есть…

– Кто? – крикнул я.

– Идем к тебе.

Я обернулся, в дверь неуклюже вбежали и быстро пошли в мою сторону люди… нет, не совсем люди, люди не ходят так раскорячисто и вразвалку, но в зеленых лапах держат копья с длинными блестящими лезвиями.

Это первое, что я рассмотрел, лезвия, а потом понял, что у существ не лица, а морды, широкие и вытянутые вперед.