Ричард Длинные Руки – эрбпринц

Хорошо, сын мой, я заново и очень внимательно перечитаю Библию.

Я сказал виновато:

– Простите, отец Дитрих.

Он отмахнулся.

– Ты прав, прав. Эти экземпляры, что пошли в народ, заставят священников строже относиться к своим обязанностям. Вопросы могут быть самые неожиданные!

Я поднялся, поклонился.

– Спасибо за понимание, отец Дитрих. Можно мне еще одну крохотную просьбу?

– Можно, – буркнул он, – только в самом ли деле она крохотная?

– Совсем крохотнейшая, – заверил я. – Прочтите как можно внимательнее именно Ветхий Завет.

Он спросил настороженно:

– Почему?

– Некоторые священники, – ответил я очень дипломатично, – несколько увлеклись Новым Заветом. Они совершенно забыли, что он весь базируется на Ветхом. Или должен базироваться, как это подчеркивал сам Иисус Христос. А народ, читая Библию заново, это заметит…

Он не сводил с меня острого взгляда.

– Даже так?

– Увы, отец Дитрих.

Он проговорил с некоторым недоверием:

– Выходит, ты это заметил сам?.

Я вскочил, поцеловал ему руку и, кланяясь, отступил к выходу.

– Ваше преосвященство…

На входе почти столкнулся со священником, что стремглав несся в шатер с таким видом, словно все готов сокрушить на своем пути, а к груди прижимает отпечатанный и переплетенный в толстую зеленую медь экземпляр Библии весом примерно в пятнадцать-двадцать фунтов.

Глава 12

Наши вартгенские лорды, раз уж воинский лагерь оказался так близко к процветающему городу, который они, можно сказать, спасли от разграбления дикими ордами Мунтвига, почти сразу завели себе там резиденции, хотя в лагере все равно показываются часто, едят у костра вместе с воинами жесткое мясо, а иной раз спят вот так, прямо завернувшись в плащ и положив под голову конское седло.

Я пустил Зайчика к городским воротам; местные стражники не признали в здоровенном воине в простом кафтане того самого грозного Ричарда, только на коня уставились с благоговейным восторгом, а Бобик проскользнул за их спинами и понесся крупными скачками в город.

Горожане, судя по всему, от появления армии южан, какими считаемся мы, просто в восторге. Не столько потому, что вот явились защитники, все они одинаковы, но при таком обилии народа оживляется торговля, все эти военные продают за бесценок награбленное и добытое в боях, а взамен им можно всучить залежалый товар, дескать, в дороге пригодится.