Ричард Длинные Руки – эрбпринц

Пройдут не годы, столетия, пока…

– Книгопечатание, – прервал я, воспользовавшись неторопливостью его речи, – поможет ускорить созревание.

Он медленно кивнул.

– Да, это должно помочь. Поможет ли, не знаю, но должно бы помочь.

– Должно, – ответил я. – Однако же, отец Дитрих, в этом есть и некоторая опасность… Вообще-то не совсем некоторая, это я по природной трусливости сглаживаю.

Он посмотрел на меня в благостном удивлении, неторопливо взял печенье и с явным удовольствием ощутил его нежный изысканный вкус.

– Сын мой! Ты о чем?

– Грядет потеря монополии, – объяснил я, – на толкование церковью тех или иных положений в Библии.

Он посерьезнел, но смотрел все так же спокойно.

– Разве это чем-то грозит?

– Немногим, – ответил я скромно. – Церковь за века существования создала довольно грамотную, хоть и громоздкую настройку на фундаменте Святого Завета. Толкования тех или иных слов Иисуса зашли настолько далеко, что новые толкования опираются на старые толкования, соглашаются с ними, спорят или опровергают…

– Ну-ну?

– А теперь, – закончил я, – впервые широкие массы священников возьмут в руки экземпляр Библии и прочтут, так сказать, подлинник.

Он подумал, посерьезнел еще больше.

– Полагаешь, возникнут ереси?

– Обязательно, – согласился я. – Боюсь, вам стоило бы в какой-то мере предусмотреть эту возможность. Я даже вижу места, что дадут основание для ересей.

В его глазах появилось и начало разрастаться изумление.

– Сын мой… неужели ты настолько хорошо изучил Святое Писание? Я тебя ценю высоко…

– Спасибо, отец Дитрих.

– …но все же недооценивал, – закончил он и добавил с улыбкой: – Ты умеешь, оказывается, не только создавать этот божественный напиток и эти удивительные лакомства…

Я перекрестился и сказал благочестиво:

– Как христианский государь и правитель, я должен хорошо и ясно видеть путь, по которому поведу людей. Да, святой отец, я в самом деле вижу такие места… Пусть смутно, как в тумане, но все-таки… Думаю, их больше, чем вижу.

Он неспешно допил кофе, поставил чашку на стол и только тогда пробормотал:

– Намекаешь, что я должен перечитать Библию… под таким углом?

Я поклонился.

– Я даже не смею о таком и думать дерзновенно.

– Но указал довольно недвусмысленно, – заметил он сухо и тут же раздраженно отмахнулся. – Да не извиняйся, тобой движет забота о нашей церкви, а это прощает абсолютно все!..