Подземный город Содома

– Ну да, я же говорил… а как же иначе…

– Тогда почему, – спросил Михаил раздельно, – ты примчался на место катастрофы, а не ринулся узнавать, кто из твоих старых друзей лежит с перебитыми ногами или вообще в морге?

Азазель вздрогнул, посмотрел на него несколько странно, во взгляде падшего Михаилу почудилось что-то вроде намека на уважение.

– Ух ты, какой ты… сообразительный.

– Так почему? – потребовал Михаил.

Азазель вздохнул:

– Хотя бы потому, что меня заботит, как бы эта катастрофа не повторилась.

Здесь земля такая… Понимаешь, мин многовато, а карты минных полей утеряны. Много неразорвавшихся снарядов, схроны со взрывчаткой… Здешние земли захватывали то одни боевики, то другие, все отряды как-то назывались, но для меня они все на одно лицо.

– Не крути, – посоветовал Михаил. – Не убедительно.

Азазель отмахнулся:

– Пойдем посмотрим ближе.

– Разве не посмотрели? – уточнил Михаил.

– Шире посмотрим, – пояснил Азазель. – Мы же не куры, что смотрят только под ноги? За пределами этого… места поглядим и посмотрим.

Край земли на востоке заискрился, словно раскаляемый слиток металла на багровых углях. Первые лучи восходящего солнца достигли площадки.

Прожектора тут же погасли, а от громадных механизмов пролегли длинные призрачно-светлые тени.

Азазель пошел от площадки все расширяющимися кругами. Михаил двинулся сзади, стараясь понять, что же тот надеется увидеть, вряд ли тут мины, все истоптано, давно бы рвануло под ногами рабочих.

Он пошел за ним, тоже поглядывая как вниз, так и по сторонам.

Азазель продолжал пристально рассматривать землю с истоптанными чахлыми стебельками травы.

– Пусто здесь как, – сообщил Михаил. – А где люди?

– Отпустили по домам, – ответил Азазель. – Вынужденный выходной, но без сохранения. До выяснения.

– А где те, которые выясняют?

– Все сфотографировали, – объяснил Азазель, – пробы взяли, народ опросили, а теперь уехали в свою контору гонять чаи, играть в покер и между этими важными делами пытаться решить данную задачу…

– Именно в такой очередности?

– Или сделать вид, – уточнил Азазель, – что решали, но оно противилось и не решилось.

А ты недоволен, что нам никто не мешает?

– Да нет, – ответил Михаил, – просто удивился, никто ничего не делает.

– На продолжение работ, – напомнил Азазель, – наложен временный запрет. Так что нам лучше бы успеть, пока вся орущая орава не налетела… Хорошо, хоть демонстрантов останавливают еще на въезде.