Формат. Сборник литературных миниатюр

 – Что мы им плохого сделали?

– Не знаю, – веско ответил Василий. – По мне, так они просто дураки, и больше ничего! Ты-то ещё молодой, а я давно на свете живу. – Василий закряхтел, очевидно, усаживаясь поудобней. – Этот приступ насилия у них не первый. Да каждый год у них такое, а порой и чаще.

– И ничего нельзя с этим сделать?

– А ты попробуй! – проворчал Василий. – Вот только заранее скажу, что силы неравны. Они называют это профилактикой.

– Профилактикой?

– Да!

– У, ироды! Ненавижу профилактику! – возмутился Борька, и его глаза загорелись праведным гневом.

– А я им говорил, – продолжал Василий, – что не надо мне таблеток и ничего мне от них не надо! Но разве они что понимают? Ладно бы я болел. Температура там, понос, симптомы. Тогда пожалуйста. Но ведь этого нет! Я здоров! А они опять за своё – «Василий, это профилактика!»

В ясных глазах Борьки появилось искреннее сострадание к бедам приятеля.

– А может, они это делают, чтобы нас не лечить? – предположил он.

– Как это?

– Ну, чтобы заранее от всего вылечить, понимаешь? Потому что они жадные и на наше лечение им просто денег жалко.

В глазах Василия на мгновение обозначился мыслительный процесс, после чего он ответил:

– Может быть. Впрочем, так-то, если посудить, не такие уж они и жадные, питаюсь я нормально. Хе-хе!

Даже во мраке ощущалась чрезмерная полнота Василия и то, как при смехе колышется его плотный живот.

– Я всё-таки думаю, что они просто дураки! – продолжил Василий. – Понимаешь, им вбили в голову идею о существовании каких-то вирусов, микробов, паразитов.

Борька отрицательно махнул головой.

– Вот! А паразитов?

– Да нет никаких паразитов! – Борька топнул по полу.

– А они верят! – подытожил Василий. – И как результат стали рабами системы и фармкомпаний. Несут им свои денежки, которые могли бы потратить с большей пользой. А вместо этого пичкают нас всякой дрянью!

– Ещё насильно!

– А как же? Без этого я бы ни за что не позволил ставить на себе эксперименты! По молодости я даже в драку лез, теперь, конечно, уже комплекция не та.

Двое в темноте насторожились, а их глаза стали круглыми, как блюдца. Где-то недалеко загудел голос, затем раздались громкие, почти громовые шаги. Они стали приближаться, и, казалось, ещё чуть-чуть, и они окажутся здесь, в самом центре, среди беглецов, и раздавят их.