Тайна Желтой комнаты. Духи Дамы в черном

Как бы там ни было, я знала, что у него в ящике ночного столика есть револьвер, и, улучив минуту, когда старик отсутствовал, быстро поднялась на чердак, взяла револьвер и сунула его в ящик своего ночного столика.

В. – У вас есть враги?

О. – Нет.

В. – Но вы же понимаете, мадемуазель, что такие серьезные меры предосторожности кажутся нам удивительными.

Г-н Стейнджерсон. – Действительно, дитя мое, предосторожности весьма странные.

О. – Да нет же, ничего удивительного. Я же говорю, что две ночи мне было очень не по себе.

Г-н Стейнджерсон. – Тебе следовало сказать мне. Это непростительно. Мы могли бы избежать беды!

В. – Заперев дверь Желтой комнаты, вы легли, мадемуазель?

О. – Да, я очень устала и тут же заснула.

В. – Ночник продолжал гореть?

О. – Да, но он довольно тусклый.

В. – Теперь, мадемуазель, расскажите, что же произошло?

О. – Не знаю, сколько я проспала, когда внезапно проснулась. Я громко вскрикнула…

Г-н Стейнджерсон. – Да, крик был жуткий.

В. – Значит, вы закричали?

О. – В комнате находился какой-то человек. Он бросился ко мне и стал меня душить. Я уже почти задохнулась, как вдруг моя рука наткнулась на револьвер, лежавший в приоткрытом ящике; курок у него был взведен. В этот момент человек отшвырнул меня на кровать и чем-то замахнулся, но я успела выстрелить и тут же почувствовала страшный удар по голове. Все это, господин следователь, произошло быстрее, чем я рассказываю.

В. – Больше ничего? И даже не подозреваете, каким образом убийца мог выскользнуть из вашей комнаты?

О. – Понятия не имею. Больше я ничего не знаю. Когда человек без сознания, он не может знать, что происходит вокруг.

В. – Человек был высокий или низкий?

О. – Я видела лишь тень, которая показалась мне громадной.

В. – И вы больше ничего не можете нам сообщить?

О. – Сударь, больше я ничего не знаю.

На этом допрос м-ль Стейнджерсон заканчивается.

Жозеф Рультабийль терпеливо дожидался Робера Дарзака.

Тот не замедлил появиться.

Он слушал допрос, находясь в комнате, соседней с той, где лежала м-ль Стейнджерсон, и пересказал его нашему другу очень точно и с покорностью, которая меня поразила. Благодаря своим карандашным заметкам он сумел воспроизвести вопросы и ответы почти дословно.