Тайна желтой комнаты

А наверху: «23 октября».

Я был поражен: все те же бессмысленные слова, причем второй раз в течение одного утра. И второй раз я видел, какой ошеломляющий эффект произвели они на профессора Сорбонны.

Прежде всего господин Дарзак бросил взгляд на папашу Жака. Но тот не обращал на нас ни малейшего внимания, занятый своим делом у другого окна… Тогда жених мадемуазель Станжерсон достал бумажник, дрожащей рукой сунул туда обгоревшую бумажку и горестно вздохнул:

– Боже мой!

Тем временем Рультабий забрался в камин, то есть, иными словами, стоя на кирпичах одной из печей, он внимательно разглядывал каминную трубу, сужавшуюся вверху и в пятидесяти сантиметрах над его головой полностью закрывавшуюся чугунными плитами, вделанными в кирпичи, оставлявшими проход только для трех трубочек диаметром в пятнадцать сантиметров каждая.

– Здесь пройти невозможно, – заявил молодой человек, соскакивая оттуда. – Впрочем, даже если он и попытался бы это сделать, вся эта арматура оказалась бы на полу.

Затем Рультабий исследовал мебель и открыл дверцы шкафов. Потом настал черед окон, которые он объявил «непреодолимыми» и «непреодоленными». У второго окна он застал папашу Жака, сосредоточенно что-то разглядывавшего.

– Ну, папаша Жак, что вы там такое увидели?

– Да вот гляжу на человека из полиции, который все время кружит вокруг пруда… Еще один хитрец нашелся, только и он не лучше других!

– Вы не знаете Фредерика Ларсана, папаша Жак! – заметил Рультабий, печально покачивая головой.

И Рультабий тяжело вздохнул.

– Прежде чем найти его, неплохо бы знать, как мы его упустили, – упрямо буркнул папаша Жак.

Но вот, наконец, мы добрались до двери Желтой комнаты.

– Вот она, дверь, за которой кое-что произошло! – торжественно провозгласил Рультабий, что при любых других обстоятельствах прозвучало бы комично.

Глава VII. В которой Рультабий отправляется в экспедицию под кровать

Толкнув дверь Желтой комнаты, Рультабий остановился на пороге и с волнением произнес слова, которые мне суждено было понять лишь потом:

– О! Духи дамы в черном!

В комнате было темно.

Папаша Жак хотел открыть ставни, но Рультабий остановил его:

– Разве драма разыгралась в полной темноте?

– Нет, молодой человек, я этого не думаю.